Резиденцплац

У западной стены Новой резиденции в мостовую врезано стекло. Под ним лежит чёрный металлический остов раскрытой книги — памятник сожжению книг, устроенному на Резиденцплац тридцатого апреля тысяча девятьсот тридцать восьмого года.

Название площади указывает на здания по её сторонам. В Старой резиденции жили князья-архиепископы — правители Зальцбургской земли, одновременно возглавлявшие местную церковь. Напротив стоит Новая резиденция. В конце шестнадцатого века князь-архиепископ Вольф Дитрих фон Райтенау решил устроить между своими дворцами и собором широкий парадный двор по итальянскому образцу. По его приказу разобрали пятьдесят пять средневековых зданий, закрыли старое соборное кладбище и освободили участок перед резиденциями. Так появилась площадь, рассчитанная на многолюдные церемонии. Эту роль она сохраняет: здесь проводят ярмарки, концерты и большие городские праздники.

Через несколько недель после присоединения Австрии к нацистской Германии руководитель зальцбургского школьного ведомства и нацистского союза учителей Карл Шпрингеншмид выбрал именно Резиденцплац для публичной расправы над книгами. Он добивался устранения из школ, библиотек и книжной торговли авторов, которых новый режим объявил враждебными. Центральная площадь рядом с собором позволяла превратить изъятие литературы в зрелище для всего города.

В газете напечатали обращение к жителям: книги еврейских авторов следовало отобрать и сдать. В списке стояли пятьдесят имён. Члены гитлерюгенда собрали около тысячи двухсот томов в библиотеках, книжных лавках и частных домах. Костёр сложили севернее фонтана, возле церкви Святого Михаила.

Шпрингеншмид произнёс речь, после которой книги начали бросать в огонь. Участников подобрали по ролям: двое школьников, двое членов гитлерюгенда, рабочий, крестьянин, музыкант, солдат, представители штурмовых отрядов и СС. Каждый сопровождал свой бросок заготовленной фразой. Организаторы хотели выдать партийную акцию за решение всех слоёв городского общества.

Отдельно назвали Стефана Цвейга — писателя из еврейской семьи, который пятнадцать лет прожил в Зальцбурге и зарабатывал литературным трудом. К тому времени он уже покинул Австрию и пытался продолжать издаваться за границей. На Резиденцплац его книгу швырнули в костёр с особой формулой осуждения. В тот же день в Австрийской национальной библиотеке один из его томов убрали из общего хранилища, а на его место поставили картонную карточку со штампом «закрыто». Экземпляр сохраняли для служебных целей режима, читателям его больше не выдавали. Запрет лишил Цвейга немецкоязычного рынка, и новые договоры он заключал с иностранными издателями.

После падения нацистского режима Шпрингеншмид несколько лет скрывался. В тысяча девятьсот сорок шестом году уже его собственные сочинения внесли в австрийский список запрещённой нацистской литературы. Судебное расследование прекратили, и с тысяча девятьсот пятьдесят третьего года он снова мог печататься.

Костёр стоял возле церкви Святого Михаила; на его месте не сохранилось отдельного знака. Памятник перенесли к западной стене Новой резиденции: под стеклом остался металлический переплёт без страниц.