Галерия дель-Баррио и «Плетение культур»

Вдоль Блю-Айленд-авеню железнодорожная бетонная стена работает открытой галереей района, без дверей и выставочных залов. На ней выстроились двадцать два почти трёхметровых мужских профиля, написанных художником Аурелио Диасом вместе с детьми из прихода Святого Прокопия. Одно лицо повторяется в разных цветах и состояниях, так что длинная стена кажется последовательностью кадров.

В середине семидесятых годов маленькая Сандра Антонджорджи ходила здесь по Блю-Айленд-авеню в школу. Её семья приехала из Пуэрто-Рико и поселилась в Пилсене, среди других испаноязычных семей. Мать вела детей за руки, а Сандра всякий раз задерживала взгляд на художниках у железнодорожной стены. Она впервые видела, как человеческое лицо вырастает до размеров здания.

Художник Аурелио Диас тогда создавал «Галерию дель Баррио» — «Галерею района». Зала у этой галереи нет: в тысяча девятьсот семьдесят шестом году Диас вместе с двадцатью детьми из прихода Святого Прокопия написал на бетоне двадцать два почти трёхметровых мужских профиля. Моделью стал шестнадцатилетний доброволец Роберт Эррера. Его лицо повторяется в разных цветах, улыбается, мрачнеет, кричит; изо рта последнего профиля выходит фигура нерождённого ребёнка. Так Диас показал смену чувств и поколений мексикано-американского района.

Через сорок лет краски выцвели. В мае две тысячи шестнадцатого года чикагская художница-монументалистка Сэм Кирк занялась восстановлением. Она разыскала некоторых детей, помогавших Диасу: теперь уже взрослые люди принесли старые фотографии, по которым можно было вернуть утраченные цвета. Одновременно Чикагская группа общественного искусства и офис члена городского совета предложили Кирк написать напротив женскую версию «Галерии».

Для Кирк это был первый заказ, полученный через город и эту организацию. Она согласилась, но отказалась копировать композицию мужчины только потому, что требовался женский вариант. Кирк добивалась другого замысла — собрать рядом женщин разного происхождения, возраста и идентичности. Для портретов она позвала Сандру Антонджорджи, ту самую девочку, которая когда-то следила за работой Диаса по дороге в школу.

Кирк отвечала за рисунок, цветные узоры, волосы и одежду; Антонджорджи писала лица почти фотографически. Их разные манеры пришлось согласовывать прямо на стене: оттенок фона менял цвет кожи и теней в портрете. Отсюда название «Переплетение культур» — в одной композиции соединились не только пять женщин, но и способы работы двух художниц.

Первоначальный эскиз изменился уже во время росписи. После массового убийства посетителей ночного клуба «Пульс» в Орландо Кирк и Антонджорджи решили, что прежнего намёка недостаточно, и переписали одну из фигур. Затем Сандра заметила, что все изображённые женщины молоды, и настояла на портрете пожилой карибской женщины. Из пяти лиц только одно целиком принадлежит конкретному человеку — Дженис Бонд, куратору, которая десять лет связывала между собой разные художественные сообщества Чикаго. Остальные художницы составили из черт нескольких моделей.

Новые варианты они не понесли на повторное согласование, хотя городской заказ предполагал работу по утверждённому эскизу. Сэм как руководитель проекта решила отвечать за изменения сама, а затем добилась, чтобы Сандру указали вторым ведущим автором. В сентябре роспись открыли уже под двумя именами.

По одну сторону Блю-Айленд-авеню остались двадцать два варианта лица Роберта Эрреры, за которыми Сандра следила ребёнком. По другую — пять женщин, которых она спустя сорок лет писала уже как соавтор.