Рынок Байлони

Официально этот рынок называется «Скадарлия», но белградцы почти всегда говорят «Байлони». Фамилия закрепилась за низиной раньше, чем здесь появились нынешние овощные ряды, молочный павильон и лавки с мясом и рыбой.

Игната Байлони часто называют основателем рынка. Хронология точнее: он умер почти за полвека до его открытия. Кожевенный мастер из чешского Литомышля собирался уехать в Америку, но в тысяча восемьсот пятьдесят пятом году по совету родственника перебрался с женой и четырьмя сыновьями в Белград. Здесь он открыл трактир, занялся мельницами и создал семейную фирму «Игнат Байлони и сыновья».

После смерти отца фирмой продолжили заниматься сыновья. Яков Байлони, бочар, учившийся ремеслу при венской пивоварне, взялся за небольшое предприятие у Скадарской улицы. Предыдущий хозяин поставил паровую машину, но всё равно не выдержал конкуренции и продал дело. Двадцать девятого февраля тысяча восемьсот восемьдесят восьмого года Байлони начали здесь собственное производство. Яков скупал соседние участки и расширял предприятие; семья осушила заболоченную землю рядом. Производство за восемь лет выросло больше чем втрое. Название будущему рынку дала стоявшая по соседству пивоварня с фамилией владельцев на вывеске.

На осушенном участке после Первой мировой войны устроили оптовый рынок — по-сербски кванташ. Его положение объяснялось городской торговлей: продавцы крупных партий продовольствия были разбросаны по разным площадям, и покупателям приходилось искать их по всему Белграду. Первого ноября тысяча девятьсот тридцать третьего года городская управа собрала оптовиков в двух местах — здесь и на рынке Зелени-Венац. На Байлони для них поставили тридцать восемь частных деревянных бараков; на Зелени-Венаце понадобилось восемь. Производители и мелкие торговцы могли снимать муниципальные прилавки, уплачивая сбор за каждый день.

В тысяча девятьсот сорок шестом году здесь разрешили одновременно оптовую и розничную торговлю, а официальное название сменили на «Скадарлия». Деревянных бараков и болота больше нет. На документах осталась «Скадарлия», а покупки и встречи белградцы по-прежнему назначают у Байлони.