Главный зал монастыря Дачиэнь

Над входом написано «Дасюн баодянь» — «Драгоценный зал Великого героя». Великий герой здесь не полководец и не строитель монастыря. Так буддисты называют Шакьямуни: он победил Мару, олицетворение страха, желания и смерти. Поэтому в центре зала стоит его изображение, а само здание служит главным местом общих служб и поклонения.

Название монастыря рассказывает другую часть его происхождения. «Дачиэнь» означает «великая материнская милость». В шестьсот сорок восьмом году наследник престола Ли Чжи распорядился построить монастырь ради посмертного благополучия своей матери, императрицы Вэнь-дэ. Она умерла, когда ему было восемь лет. На освящении Ли Чжи поклонился изображениям Будды, а затем объяснил приглашённым монахам, ради кого основал обитель, и заплакал. Монастырь стал приношением сына, который уже не мог отплатить матери при её жизни.

К началу двадцатого века от богатой императорской обители осталась бедная монашеская община. Земли и доходов у неё почти не было, здания ветшали. В тысяча девятьсот тридцать первом году в пострадавшую от голода провинцию приехал бывший генерал и руководитель благотворительных сборов Чжу Цзыцяо. Он умел получать деньги и припасы от буддийских объединений и частных жертвователей — на этой сети помощи держалась его работа в Шэньси.

Буддийские биографы Чжу вспоминали, что в молодости он относился к храмам враждебно и даже участвовал в их разрушении. После обращения в буддизм он считал восстановление монастырей возмещением причинённого вреда. В Дачиэне Чжу увидел общину, которой было нечем содержать монахов, и решил вернуть ей повседневный уклад. Он пригласил с горы Утай монаха Баошэна стать настоятелем, обеспечил средства на еду и общежития, а затем собрал пожертвования на ремонт главного зала. Здесь снова начали проводить совместные службы и монастырские трапезы.

На этом Чжу не остановился. Вместе с местными буддистами он открыл при Дачиэне училище, подготовил для него собрания канонических текстов и пригласил преподавателей. Училище позднее перевели в другой монастырь, но Дачиэнь перестал быть обедневшим двором вокруг знаменитой пагоды: здесь опять жили, учились и совершали богослужения.

Балок, которые ремонтировал Чжу Цзыцяо, перед нами уже нет. К восьмидесятым годам старый деревянный каркас сместился из-за проходящего под монастырём разлома и оказался под угрозой обрушения. Монахи и специалисты по охране памятников согласовали новую реконструкцию. Осенью две тысячи девятого года девять настоятелей и более трёхсот монахов освятили заново выполненные статуи. Нынешний зал получил свой деревянный каркас во время этой работы; в его центре снова сидит Шакьямуни, а перед ним проходят те службы, которые Чжу Цзыцяо вернул в Дачиэнь почти восемьдесят лет назад.