Вход в монастырь Дачиэнь

Над воротами написано «Дачиэнь» — «Великая милость матери». Это имя дал монастырю наследник танского престола Ли Чжи. Его мать, императрица Вэнь-дэ, умерла, когда сыну было восемь лет. В шестьсот сорок восьмом году Ли Чжи велел возвести здесь монастырь ради её посмертного благополучия и в благодарность за материнскую заботу. Имя на воротах — посвящение конкретной женщине.

Сами ворота относятся к другой семейной истории. Огромный танский монастырь занимал почти половину городского квартала: в нём насчитывали тринадцать дворов и почти тысячу девятьсот помещений. После войн и запустения от этого пространства уцелел главным образом западный двор с пагодой. Именно на его месте появился тот Дачиэнь, в который ведут нынешние ступени.

В середине пятнадцатого века удельный князь Синпина Чжу Чжинье увидел обветшавшие постройки и тесный молитвенный зал. Он хотел заново устроить монастырь, вложил собственные средства и вместе с дворцовыми евнухами Чэнь Бао и Дэн Мином начал собирать пожертвования. Князь жил на назначенное двором содержание, выплачиваемое зерном и бумажными деньгами; строительная запись особо отделяет его вклад от собранных приношений.

Закончить работу Чжу Чжинье не успел. Он умер в тысяча четыреста пятьдесят седьмом году, оставив сыну титул и незавершённое обязательство. Через год князем Синпина стал Чжу Гуншо. Его годовое содержание составляло тысячу мер зерна, половину выдавали зерном, половину заменяли бумажными деньгами. Чжу Гуншо вновь поручил Чэнь Бао и Дэн Мину вести строительство и довёл отцовский замысел до конца.

К тысяча четыреста шестьдесят шестому году строители возвели передний и задний залы по пять пролётов, ворота, галереи, покои настоятеля и помещения для монахов. Они позолотили статуи, расписали балки и карнизы, заменили выпавшие кирпичи пагоды. Так на месте одного западного двора возник компактный монастырь, определивший положение нынешнего входа. Через десять лет Чжу Гуншо умер бездетным, и княжество Синпина упразднили; постройки, законченные по его приказу, остались.

Ли Чжи и Сюаньцзан по этим камням не поднимались: парадный вход танского монастыря находился в другой части давно исчезнувшего комплекса. Нынешние ступени ведут в бывший западный двор. Имя над ними сохранило память о матери Ли Чжи, а место ворот — результат работы сына, который завершил стройку отца.