Улица Серрано

Серрано и сегодня остаётся торговой улицей. Её старые дома устроены для этого: лавки внизу, жильё наверху. В девятнадцатом веке нынешнюю Серрано называли Ла-Планчадой. Она шла параллельно берегу, соединяя таможню с арсеналом. Торговцы селились там, где проходили товары и покупатели; состоятельные семьи строили двух- и трёхэтажные дома, а позднее строители отодвинули море насыпями.

После Тихоокеанской войны улицу назвали в честь чилийского морского офицера Игнасио Серрано. В мае тысяча восемьсот семьдесят девятого года, во время боя при Икике, он командовал орудиями корвета «Эсмеральда». После гибели командира Артуро Прата Серрано собрал двенадцать моряков и при следующем таранном ударе повёл их на палубу перуанского броненосца «Уаскар». Он пытался заклинить поворотный механизм орудийной башни. Серрано тяжело ранили; перуанские моряки перенесли его в каюту, врач оказал помощь, но лейтенант умер от потери крови. Его отряд был разбит, а попытка захватить броненосец не удалась. Именно за этот поступок фамилия Серрано появилась на уличных табличках.

Самая тяжёлая история этой улицы началась ранним утром третьего февраля две тысячи седьмого года. Пожарные сообщили газовой компании «Газвальпо» об утечке, а энергетической компании «Чилькинта» — об исчезнувшем электричестве. Жительница одного из домов Авелина Посо Муньос тоже позвонила энергетикам и сообщила, что свет пропал.

Рабочие «Газвальпо» нашли утечку и обнаружили рядом с газовой трубой кабель под напряжением. Продолжать раскопки было опасно, поэтому они вызвали сотрудников «Чилькинты», чтобы те обесточили линию. Однако подачу газа и электричества вовремя не прекратили.

Повреждённый кабель образовал электрическую дугу. Раскалённый металл прожёг полиэтиленовую газовую трубу. Газ пошёл по старой чугунной сети вдоль улицы, проник через трещины в подвал домов номер триста девяносто два и триста девяносто восемь и накопился там. Какая именно искра стала последней, следствие не установило. Около половины девятого прогремел взрыв, затем начался пожар. Четыре здания были разрушены, ещё несколько получили повреждения.

Погибли Авелина Посо и её сын Альдо Айала, Ивонн Кастро и пятидесятидевятилетний Элисео Паэс, зарабатывавший чисткой обуви. Более сорока человек получили ранения. Пострадавшие добивались компенсации восемь лет. В две тысячи пятнадцатом году гражданский суд признал «Газвальпо» и «Чилькинту» ответственными за неисправное состояние подземных сетей и несвоевременное устранение опасности.

У номера восемьсот двенадцать установлен мемориал с белой мраморной плитой. На ней выбиты четыре имени; Авелина, которая тем утром сама позвонила энергетикам, записана рядом с сыном Альдо.