Сук эль-Берка и след шауашии

Сук эль-Берка занимает маленькую крытую площадь на перекрёстке четырёх улиц. Два ряда колонн делят её на три прохода, лавки открываются под своды. Юсуф-дей, правитель Туниса, велел построить этот рынок в тысяча шестьсот двенадцатом году для продажи захваченных людей и военной добычи. Близость к резиденции правителя позволяла чиновникам надзирать за торгом, а казне — получать с него сборы.

В центре стоял деревянный помост. По пятницам рядом садились продавцы и писцы, оформлявшие сделки. Рыночный глашатай выводил на помост порабощённых людей и продолжал торг, пока не слышал наивысшую цену. Покупатели осматривали зубы, язык, руки и ноги. В тысяча восемьсот сорок первом году за один торговый день здесь продавали от двадцати до тридцати человек, главным образом женщин. После последней ставки продавец получал деньги, казна — пошлину, а проданный человек уходил в дом нового хозяина.

Происхождение названия «Берка» объясняют по-разному. Его связывают и с деревянным помостом, и с верблюдами, которых заставляли опуститься на колени после доставки пленников. Сам помост исчез, так что ни одно толкование теперь нельзя проверить по предмету на месте.

Ахмед-бей, правитель Тунисского регентства, решил прекращать торговлю людьми поэтапно: резкая отмена затрагивала имущество состоятельных семей и нормы, которыми судьи пользовались много поколений. Шестого сентября тысяча восемьсот сорок первого года он запретил продажу порабощённых людей на рынках и распорядился снести в Берке лавки, где они ожидали торгов. Пятничные аукционы прекратились, но люди, уже находившиеся в чужих домах, ещё не получили свободы.

В декабре тысяча восемьсот сорок второго года Ахмед-бей объявил свободными детей, родившихся в регентстве после его указа. Затем он запросил мнение мусульманских правоведов: ему требовалось обосновать освобождение тех, кого хозяева считали законно приобретённым имуществом. Двадцать третьего января тысяча восемьсот сорок шестого года бей приказал освободить всех остававшихся рабами. В нескольких тунисских завиях — религиозных обителях — чиновники выдавали искавшим защиты документы об освобождении, которые затем утверждал сам правитель. За пределами столицы распоряжению сопротивлялись ещё долго, но в Берке продавать людей открыто уже не могли.

После закрытия невольничьего рынка лавки заняли ювелиры. Деревянного помоста и помещений для ожидавших продажи людей больше нет. Сохранилась сама площадь с колоннами и сводами; теперь вокруг неё продают золотые и серебряные украшения, в том числе с аукциона.

Соседние проходы ведут к Сук эш-Шауашия. Шауашиями называли мастеров шешии — красной валяной шапочки. В начале семнадцатого века ремеслу дали новый размах мориски, крещёные потомки испанских мусульман, изгнанные из Испании. Они лишились домов и имущества, но в Тунисе восстановили свои мастерские. Производство стало одним из главных промыслов страны, и в тысяча шестьсот девяносто первом — тысяча шестьсот девяносто втором годах Мухаммад-бей велел построить для мастеров три отдельных рынка рядом с дворцом. В списке владельцев лавок тысяча семьсот сорок восьмого года более девяти десятых составляли семьи морисского происхождения.

Шешию делали не в одной лавке: вязали в Арьяне, сшивали у Баб-Суика, мыли и валяли возле плотины Эль-Баттан, красили в Загуане. В мастерских Шауашии заготовке придавали окончательную форму и отделывали поверхность. От этой цепочки на соседних улицах осталось имя профессиональной корпорации. В Берке больше нет помоста, а рядом по-прежнему существует рынок, названный в честь мастеров красных шеший — валяных шапочек.