Тории, за которыми меняется Токио

Тории из двух кедровых столбов и выгнутых верхних балок открывают южный подход к Мэйдзи-дзингу. Их предшественники стояли здесь около века и были сделаны из тайваньского кипариса; нынешняя древесина пришла из леса у деревни Каваками. Для каждого столба понадобился кедр почти пятнадцати метров длиной, примерно пяти метров в обхвате и без крупных сучков, а срубленные деревья целый год сушили в лесу, не снимая ветвей. Три позолоченные хризантемы на верхней балке перенесли со старых ворот.

По эту сторону торий остаются мост и станция Харадзюку. По другую начинается южная дорога к святилищу Мэйдзи-дзингу. Дверей здесь нет: тории обозначают границу синтоистской священной территории. Поэтому некоторые входящие кланяются перед первой перекладиной, а выходящие оборачиваются и кланяются снова. Ворота не запирают проход — они сообщают, что дальше человек идёт уже как посетитель святилища.

Три шестнадцатилепестковые хризантемы на верхней балке указывают, кого здесь почитают. Мэйдзи — посмертное имя императора Муцухито; вместе с ним в святилище чтят его жену, императрицу Сёкэн.

Когда император умер тридцатого июля тысяча девятьсот двенадцатого года, мэр Токио Сакатани Ёсиро добивался, чтобы монарха похоронили в столице. Уже через два дня он подал прошение и собрал для переговоров токийских предпринимателей. Императорский двор выбрал кладбище Фусими-Момояма в Киото. Тогда Сакатани и промышленник Сибусава Эйити изменили цель: если могилы в Токио не будет, здесь должно появиться святилище.

Они подготовили записку, в которой сразу назвали участок в Ёёги. Правительство утвердило создание святилища в тысяча девятьсот тринадцатом году. После смерти императрицы Сёкэн её решили почитать здесь вместе с мужем. Первого ноября тысяча девятьсот двадцатого года Мэйдзи-дзингу открылось, а у начала южной дороги поставили эти тории.

Нынешние столбы, однако, гораздо моложе самого святилища. Первые ворота простояли около века. Их сделали из тайваньского кипариса — в то время Тайвань находился под управлением Японии, и древесину привезли оттуда. К столетию Мэйдзи-дзингу распорядители решили впервые полностью заменить обветшавшую конструкцию, сохранив её размеры и изгибы.

Повторить старые ворота оказалось трудно. Для каждого столба требовался почти пятнадцатиметровый ствол около пяти метров в обхвате, без крупных сучков. Рубка тайваньского кипариса к тому времени была запрещена, а подходящих японских кипарисов найти не удалось. Обсуждали клеёные балки и деревянные столбы со стальным сердечником, но в итоге выбрали необработанную отечественную древесину.

Два года специалисты обследовали леса по всей стране. Руководитель фирмы по заготовке ценной древесины Каймото вспомнил об огромном кедре в принадлежавшем компании лесу у деревни Каваками. Он зарабатывал именно на редких крупных стволах и понимал цену ошибки: заготовку нужной длины нельзя было заменить другой со склада. Проверка дала обхват в четыре целых девять десятых метра. Неподалёку нашли второй кедр. Одному было около двухсот восьмидесяти лет, другому — около двухсот шестидесяти.

Чтобы стволы не раскололись при падении, лесорубы заранее убрали семь или восемь соседних деревьев и уложили ветви поверх камней и пней. После рубки кедры целый год сушили там же, не снимая ветвей. Затем рабочие проложили дорогу по склону и перевезли брёвна через реку. Запасных стволов такого размера у них не было.

Архитектор Осаму Киути столкнулся с другой потерей: чертежи тысяча девятьсот двадцатого года не сохранились. Он обмерил старые тории и с помощью компьютерных расчётов восстановил изгиб верхних балок и лёгкое утолщение столбов. Мастера обрабатывали каждый кедр по этим данным, снимая древесину миллиметр за миллиметром.

Новые тории установили в две тысячи двадцать втором году. Восточный столб сделан из двухсотвосьмидесятилетнего кедра, западный — из двухсотшестидесятилетнего. Старые металлические хризантемы сняли с прежних ворот, заново покрыли золотом и вернули на верхнюю балку. Форма здесь осталась от первого входа тысяча девятьсот двадцатого года, столбы пришли из леса Каваками, а три герба над проходом служат уже вторым ториям.