Кашветская церковь

Белый камень Кашвети и густая резьба на фасаде выделяют храм в линии проспекта Руставели. Нынешнее здание поднялось здесь в начале двадцатого века, сменив несколько более ранних церквей. Имя оно унаследовало от старого церковного предания, связанного с монахом Давидом. За иконостасом пространство замыкает главная апсида алтаря.

За дверью действующей церкви Святого Георгия, над алтарём, сохранилась работа, за которую художник лишился преподавательского места и членства в профессиональном союзе.

В тысяча девятьсот сорок шестом году Каллистрат Цинцадзе, глава Грузинской православной церкви, предложил Ладо Гудиашвили расписать Кашвети. Гудиашвили преподавал в Тбилисской академии художеств и давно хотел создать храмовую роспись. В молодости он ездил по грузинским монастырям, копировал повреждённые средневековые фрески и сохранял их изображения для исследователей. Теперь ему впервые доверили собственную церковную стену.

Государственная идеология провозглашала атеизм, а от советских художников требовали следовать социалистическому реализму — изображать одобренных героев и понятные обществу сюжеты. Церковный заказ ставил под угрозу официальную работу Гудиашвили. Его предупреждали о последствиях, но он согласился.

В главной апсиде художник написал Богоматерь с младенцем и причащающихся апостолов, рядом — архангела Гавриила и Благовещение. Он работал в древней технике энкаустики: красящий состав соединялся с воском. Фигуры при этом не повторяли строгие средневековые образцы — Гудиашвили оставил им собственные лица, линии и выражения.

Закончить весь задуманный цикл ему не дали. Работу остановили, художника обвинили в формализме — так называли искусство, в котором личная манера ставилась выше предписанного содержания. В тысяча девятьсот сорок восьмом году Гудиашвили уволили из Академии художеств и исключили из Союза художников. Он продолжил рисовать в мастерской, а в Кашвети завершённым остался только алтарный фрагмент.

Странное имя церкви появилось гораздо раньше. «Ква» по-грузински означает камень, «шва» — родить. Согласно церковному преданию, в шестом веке здесь проповедовал монах Давид, позднее основавший монастыри Давид-Гареджи. Люди, которым мешали его проповеди, подговорили женщину объявить Давида отцом её будущего ребёнка. Монах ответил, что ложь обнаружится, когда вместо ребёнка она родит камень. Предание утверждает, что так и случилось: обвинение рассыпалось, а место назвали Кашвети — «родившая камень». Документально этот эпизод не подтверждён.

Нынешнюю белокаменную церковь возвели в начале двадцатого века на месте прежних храмов. От древнего предания она получила имя, от решения Каллистрата Цинцадзе — роспись над алтарём, которую Гудиашвили успел закончить до увольнения.