Монетный двор

В витражных дверях со стороны Маккуори-стрит до сих пор читается английская надпись «Королевский монетный двор». Двадцать восьмого октября тысяча восемьсот шестьдесят девятого года через этот вход прошёл Эндрю Джордж Скотт. Он принёс сплавок золотого песка в форме подковы и хотел получить за него деньги, не объясняя, откуда взялось золото.

Такие посетители приходили сюда постоянно. После открытия месторождений возле Батерста колониальные законодатели попросили британское правительство разрешить чеканить монету в Сиднее: золотой песок и самородки заполнили рынок, а колонии не хватало обычных денег. В тысяча восемьсот пятьдесят пятом году здесь начала работать первая зарубежная ветвь Королевского монетного двора. Ради экономии чиновники заняли южное крыло старой больницы, а во дворе собрали привезённые из Англии цеха. Любой человек мог сдать золото в приёмную; служащие взвешивали его, определяли пробу, рассчитывали стоимость и отправляли металл на переплавку и чеканку соверенов.

Скотт знал, что эта процедура придаст его добыче законный вид. За несколько месяцев до визита он служил в шахтёрском посёлке Эгертон платным англиканским чтецом — мирянином, которому разрешалось проводить церковные службы. Он подружился с Людвигом Брууном, заведовавшим местным отделением банка, и узнал, как устроено хранилище. Восьмого мая человек в маске и плаще заставил Брууна открыть сейф и отдать золото. Нападавший даже вынудил его написать записку о том, что банковский служащий сопротивлялся, а затем подписался именем «Капитан Мунлайт». Позднее под этим прозвищем Скотта знала вся Австралия.

В сиднейской приёмной служащий положил сплавок на точные весы: сто двадцать девять тройских унций, около трёх килограммов шестисот граммов. Скотту выдали синюю квитанцию. На обороте он распорядился перевести деньги в Юнион-банк на имя Дж. Скотта и получил пятьсот три фунта, шесть шиллингов и один пенни. Ни маски, ни оружия здесь не понадобилось: Монетный двор обслужил его как обычного владельца золота.

Скотт быстро потратил деньги и стал расплачиваться чеками, за которыми не было средств. Последним приобретением стала яхта «Уай-Нот» — «Почему бы и нет»: на ней он собирался уйти на Фиджи, но водная полиция задержала его перед отплытием. Пока Скотт отбывал срок за мошенничество, Бруун добился продолжения розыска. После освобождения Скотта арестовали уже за ограбление в Эгертоне.

На суде в тысяча восемьсот семьдесят втором году плавильщик сиднейского Монетного двора Эдвард Оффорд Хейвуд представил квитанцию и остальные бумаги о продаже ста двадцати девяти унций. Запись, позволившая Скотту получить деньги, связала его с похищенным золотом. Присяжные признали его виновным; он получил десять лет каторжных работ и ещё год за побег из тюрьмы перед процессом.

Чеканку здесь прекратили в тысяча девятьсот двадцать шестом году. Теперь помещения занимают музейная служба штата, исследовательская библиотека и кафе. Но северный витражный вход сохранился, а сразу за ним по-прежнему можно определить место приёмной, где служащий взвесил подковообразный сплавок и выписал синюю квитанцию.