Сад Блонье

Сейчас здесь городской сад с широкой ровной площадкой среди деревьев: в центре стоит бронзовый Глинка, а по краю его окружает чугунная решётка. Её перекладины похожи на нотные линейки, в которые вплетены двадцать четыре фрагмента его музыки. Напротив работает областная филармония, а памятник поставлен спиной к пюпитру, с дирижёрской палочкой в руке. В документах сад носит имя композитора, но в городской речи остаётся Блонье.

Название «Блонье» старше здешних деревьев. Так на Смоленщине называли низкое луговое место, городской выпас. К концу восемнадцатого века здесь уже не пасли скот: чиновники отвели ровную площадку для парадов и строевых занятий. В тысяча восемьсот тридцатом году смоленский губернатор Николай Хмельницкий добился переноса плаца и распорядился разбить сад. Деревья и цветы вместе с ним сажали горожанки из дворянских семей. Старое обозначение пустого луга стало именем городского сада.

Через пятьдесят пять лет сад приготовили для открытия первого в России отдельного памятника композитору. Михаил Глинка родился в селе Новоспасском Смоленской губернии. Его оперы «Жизнь за царя», позднее названная «Иваном Сусаниным», и «Руслан и Людмила» стали отправной точкой для нескольких поколений русских композиторов. Со Смоленском его связывало и здание напротив памятника. В тысяча восемьсот сорок восьмом году в Дворянском собрании — клубе и зале для местного дворянства — земляки устроили Глинке чествование и попросили сыграть собственные сочинения.

После смерти композитора сто восемь смоленских дворян подали прошение: они хотели собирать пожертвования по всей стране и поставить памятник именно здесь. Сбор занял годы. Двадцатого мая по тогдашнему календарю, первого июня по нынешнему, тысяча восемьсот восемьдесят пятого года от балкона Дворянского собрания к саду перекинули широкую временную лестницу на трёх арках. На ней разместились хор и оркестр. Милий Балакирев, композитор и ученик Глинки, дирижировал исполнением финального хора «Славься». Затем с бронзовой фигуры сняли покрывало, а городской голова принял памятник от комитета.

Среди гостей стояла младшая сестра Глинки Людмила Шестакова. Она приехала не ради семейного места у монумента. После смерти брата Шестакова занялась его рукописями и изданиями. Она заказала копию оркестровой партитуры «Руслана и Людмилы»; оригинал вскоре погиб при пожаре, и заказанная ею копия сохранила музыку. Полные партитуры произведений брата Шестакова издавала на собственные деньги.

Во время смоленских торжеств она предложила открыть в городе музыкальную школу имени Глинки и внесла первую тысячу рублей. Денег не хватило: назначенные сроки проходили, а школа так и не появлялась. Лишь в тысяча девятьсот шестом году племянник композитора, певец и педагог Александр Глинка-Измайлов, добился разрешения и открыл её. Шестакова умерла за несколько месяцев до этого и результата своего смоленского взноса не увидела.

Ажурную ограду поставили вокруг памятника на следующий год после открытия. Её перекладины изображают нотные строки, а бронзовые знаки складываются в двадцать четыре фрагмента сочинений Глинки, в том числе из партитур, которые Шестакова помогла сохранить и издать. Сам композитор стоит с дирижёрской палочкой, спиной к пюпитру — подставке для нот. Временной лестницы на трёх арках давно нет; здание Дворянского собрания напротив занимает Смоленская областная филармония. В документах это сад имени Глинки, а в городской речи он по-прежнему Блонье.