Мост Девяти поворотов и Хусинтин

Среди пруда стоит шестигранный Хусинтин, а к его дверям с обоих берегов подходит ломаный мост на каменных опорах. Его изгибы не требуют пересчитывать углы: так в китайских садах называли мосты с несколькими коленами, а девятка считалась счастливым нечётным числом. Мост устроен как единственный проход через воду, поэтому дорога с берега неизбежно приводит в павильон. Деревянные перила не сохранились, но позднее их сменил железобетон, повторивший прежний ломаный путь.

В тысяча семьсот восемьдесят четвёртом году торговцы синей хлопчатобумажной тканью Чжу Юньхуэй и Чжан Фучэнь собрали ещё два десятка компаньонов и выкупили этот участок обветшавшего сада Юйюань. На жизнь они получали от местной ткани ручной работы: скупали её в окрестностях Шанхая и отправляли в другие провинции. Осенью и зимой суда увозили отсюда целые партии тюков. Торговцам требовалось постоянное помещение, где представители отрасли могли встречаться и решать общие дела.

Посреди пруда уже стоял старый садовый павильон на островке. Купцы разобрали и остров, и постройку, а вместо них возвели двухэтажную шестигранную беседку прямо над водой. Так появилось название Хусинтин — «павильон в сердце озера». К нему проложили мост на каменных опорах, с деревянными перилами и множеством поворотов. Он связывал оба берега и одновременно вёл в контору торгового объединения. Чай и вино здесь поначалу продавать запрещалось.

Вся эта затея держалась на благополучии местных ткачей и торговцев. После открытия Шанхая для внешней торговли на рынок пошла дешёвая фабричная ткань из-за границы. Ручное полотно выдержать такую конкуренцию не могло, и торговля синей тканью стала сокращаться. В тысяча восемьсот пятьдесят пятом году объединение рассталось с павильоном. Новый хозяин поставил здесь столы и открыл общедоступную чайную — одну из первых коммерческих чайных Шанхая. Чжу Юньхуэй, Чжан Фучэнь и их товарищи потеряли свою контору; построенное ими помещение стало принимать уже не представителей одной отрасли, а торговцев, горожан и посетителей храмового рынка.

«Девять поворотов» не означает, что углы обязательно можно пересчитать до девяти. В китайских садах так называли извилистые мосты с разным числом колен; девять считалось счастливым и предельным нечётным числом. Рассказ о том, будто повороты задерживают духов, относится к народным объяснениям. В записи о строительстве задача моста указана вполне земная: провести людей с одного берега на другой через павильон.

Первоначальные деревянные перила не сохранились. После пожара в храмовом квартале в двадцатые годы двадцатого века попечители заменили старый мост железобетонным, повторив его ломаный путь. Хусинтин по-прежнему стоит в середине пруда и снова служит чайной, а мост остаётся открытым проходом среди базара. План, придуманный торговцами синей тканью, сохранился целиком: два берега, отдельное помещение над водой и дорога, которая неизбежно приводит к его дверям.