Волжская набережная у Некрасовского спуска

От Некрасовского спуска в сторону речного вокзала тянется Аллея Соловецких юнг. Теперь здесь гуляют и выходят к пляжу. В военные годы у этого участка берега стоял деревянный Куйбышевский речной вокзал, а вдоль воды лежали пассажирские причалы. Отсюда в тысяча девятьсот сорок втором — тысяча девятьсот сорок четвёртом годах уехали около семисот подростков из Куйбышевской области.

На флоте не хватало специалистов: взрослых матросов переводили в морскую пехоту, корабельным экипажам требовались радисты, рулевые, мотористы и электрики. Нарком Военно-морского флота — по-тогдашнему министр — Николай Кузнецов приказал открыть на Соловецких островах школу юнг. Юнгами называли подростков, которых готовили к матросской службе. Набирали главным образом пятнадцати- и шестнадцатилетних добровольцев; преимущество отдавали воспитанникам детских домов, ребятам под опекой и детям военнослужащих.

Куйбышевский подросток Рэм Еськов добивался отправки на фронт. Он получил официальное направление комсомола, а согласие родителей подделал: без их подписи несовершеннолетнего не приняли бы. В июле тысяча девятьсот сорок второго года первая группа из трёхсот ребят покинула Куйбышев.

Готовой школы на Соловках они не нашли. Подростки валили лес, корчевали пни и долбили каменистую землю под землянки. В каждой помещалось по пятьдесят человек: трёхъярусные нары и одна печь. Затем начались занятия по десять — двенадцать часов в день. Через год выпускников распределили по боевым кораблям без скидки на возраст.

Еськов попросился на Балтику и стал наводчиком зенитного автомата на морском бронекатере номер пятьсот шесть. Во время одного из боёв загорелись ящики в артиллерийском погребе. Еськов перестал подавать снаряды в башню и потушил огонь. Командир сначала объявил ему выговор за остановку стрельбы, затем увидел обугленные ящики и понял: шестнадцатилетний матрос не дал взорваться боезапасу и спас катер с экипажем. Еськова наградили медалью Ушакова под номером два. Он прослужил до тысяча девятьсот пятидесятого года, вернулся в Куйбышев и устроился токарем на завод.

Домой вернулись далеко не все отправившиеся отсюда юнги. Один из выживших, корабельный электрик Юрий Зайцев, возглавил городской совет ветеранов-юнг. В тысяча девятьсот восемьдесят восьмом году он написал в горисполком и предложил назвать этот участок берега Аллеей Соловецких юнг. Название утвердили в следующем году, а в тысяча девятьсот девяносто втором здесь установили гранитную стелу с бескозыркой. На пилонах собирались высечь фамилии всех семисот куйбышевских мальчиков, но удалось установить только четыреста двадцать семь имён, и от полного списка отказались.

Сам Некрасовский спуск получил имя от улицы: бывшую Предтеченскую в тысяча девятьсот двадцать пятом году назвали в честь поэта Николая Некрасова, которого выбрали за сочувствие угнетённым; в Самаре он никогда не бывал. Деревянный речной вокзал снесли в тысяча девятьсот семьдесят четвёртом году. Причалы перенесли, а начало аллеи оставили там, где подростки садились на суда и уезжали из города.