Эскуэлас-Менорес и Небо Саламанки

«Младшими школами» в Саламанке называли аудитории, где студенты готовились к степени бакалавра. Младшей считалась степень по сравнению с лиценциатом и доктором, которых выпускали соседние Эскуэлас-Майорес. Детей здесь не учили. Теперь бывшие аудитории заняты выставками, а самая известная из них хранит произведение, созданное для другого здания.

В тёмной комнате краска лежит на деревянном своде. Камня пятнадцатого века под ней нет. Это результат операции, во время которой уцелевшую часть росписи сняли со стены, увезли в Барселону и собрали здесь заново.

В тысяча четыреста восьмидесятые годы университет поручил саламанкскому художнику Фернандо Гальего расписать потолок первой университетской библиотеки. Она находилась напротив, в Эскуэлас-Майорес, над старой часовней Святого Иеронима. На своде помещались знаки зодиака, планеты, ветры и все сорок восемь созвездий, описанных Птолемеем. Астрологией тогда называли университетскую дисциплину, в которой наблюдение небесных тел ещё не отделяли от попыток судить по ним о земных делах. Роспись над книгами показывала один из предметов, которыми занимались здешние профессора.

После переноса библиотеки прежний зал соединили с часовней. В тысяча семьсот шестьдесят первом году её решили переделать: две трети старого свода погибли, последнюю треть строители закрыли новым потолком. О ней забыли почти на полтора столетия. В тысяча девятьсот первом году профессор Антонио Гарсия Бойса обнаружил над часовней скрытую камеру и повреждённые фигуры на синем фоне.

К середине двадцатого века университет готовился отметить семьсот лет со времени получения университетского статуса. Гражданский губернатор Саламанки Хоакин Перес Вильянуэва добился проекта спасения росписи. Архитектору и историку Хосе Гудиолю поручили снять её и перенести в Эскуэлас-Менорес; технической частью руководил его брат, реставратор Рамон Гудиоль. Это был оплаченный заказ со сметой в двести тридцать одну тысячу песет, которую университет выдал тремя платежами. Братья применили метод страппо, снятия красочного слоя: к поверхности приклеивали ткань и отделяли тончайший красочный слой от штукатурки. Ошибка могла уничтожить последнюю треть работы Гальего. Снятые фрагменты отправили в мастерскую Гудиолей в Барселоне, укрепили на новом основании, вернули в Саламанку и в тысяча девятьсот пятьдесят третьем году закрепили на подготовленном здесь деревянном своде.

При отделении краски открылись синопии — подготовительные рисунки, которые Гальего оставил на нижнем слое штукатурки. Несколько таких рисунков тоже сняли. Синопии Льва и Кентавра Хосе Гудиоль университету не вернул и хранил до своей смерти в тысяча девятьсот восемьдесят пятом году. Затем семейная галерея выставила их как частное собрание и продала. Университет начал розыск, сотрудники отдела охраны исторического наследия Гражданской гвардии нашли рисунки, и в две тысячи девятом году их передали Саламанке. Верховный суд позднее постановил: отделение синопий ради реставрации не превращало их в товар, они оставались частью публичного университетского здания.

Название «Небо Саламанки» придумал профессор истории искусства Рафаэль Лаинес Алькала в тысяча девятьсот пятьдесят первом году, когда роспись готовили к переезду. Оно породило версию, будто Гальего изобразил точное расположение светил над городом в определённую ночь, однако документов пятнадцатого века об этом нет, а современные исследователи спорят о таком толковании. От первоначального неба здесь осталась треть красочного слоя на деревянной основе; остальные знаки зодиака и планеты отсутствуют потому, что находились на двух рухнувших частях свода.