Стрелка Васильевского острова

Стрелка — восточный конец Васильевского острова, где Нева расходится на Большую и Малую. У названия острова нет надёжно установленного владельца. По известной легенде, Пётр Первый адресовал приказы артиллерийскому офицеру Василию Корчмину словами «Василию на остров». Корчмин существовал, но остров назван Васильевым уже в писцовой книге тысяча пятисотого года. Какого именно Василия сохраняет это имя, неизвестно.

В тысяча семьсот тридцать третьем году сюда с Троицкой площади на нынешней Петроградской стороне перенесли торговый порт и таможню. Вдоль Малой Невы разгружали пришедшие из-за границы суда, товары отправляли в склады, а купцы заключали оптовые сделки и страховали корабли. В начале девятнадцатого века через петербургский порт и биржу проходило около половины российского импорта и экспорта. Поэтому огромное здание между двумя рукавами реки предназначалось для вполне практического занятия: здесь договаривались о цене хлеба, льна, пеньки, сахара, металла и целых судовых грузов.

Первую каменную Биржу начал строить Джакомо Кваренги — придворный архитектор, которому поручили заменить деревянное торговое здание. К тысяча семьсот восемьдесят седьмому году рабочие забили в грунт десять тысяч свай и возвели стены. Затем стройка остановилась. Купцы, участвовавшие в расходах и рассчитывавшие торговать внутри, проект не приняли. Кваренги предложили переделать здание, но он отказался уступать их вкусам. Почти двадцать лет над портом стояла незаконченная коробка.

Её увидел недавно приехавший в Петербург Жан-Франсуа Тома де Томон. Он был известен прежде всего как рисовальщик, преподавал в Академии художеств перспективу и архитектуру и добивался возможности построить здесь целый ансамбль. Совет Академии хотел сократить расходы и потребовал сохранить стены Кваренги. Тома де Томон подчинился: в двух первых вариантах он пытался встроить чужую коробку в свой проект. Но тогда Биржу нельзя было поставить точно посередине мыса, а две стороны порта так и оставались разрозненными.

Президент Академии художеств Александр Строганов попытался примирить архитекторов и одновременно спасти уже потраченные деньги. Недостроенную Биржу выставили на торги: покупатель мог разобрать её или приспособить для другого дела. Желающих не нашлось. После этого старые стены разрешили снести. Кваренги не простил Тома де Томону уничтожения своей работы; современники помнили их вражду ещё много лет.

Получив свободный участок, Тома де Томон развернул новую Биржу по центральной линии острова. Берег перед ней выдвинули в Неву примерно на сто двадцать три метра, подняли грунтом и облицевали гранитом. Так острый естественный мыс получил нынешний полукруглый край. По сторонам архитектор поставил две колонны с рострами — изображениями корабельных носов. В античном Риме такими носами украшали памятники морским победам; здесь колонны одновременно обозначили два речных прохода торгового порта.

Основные работы закончили в тысяча восемьсот десятом году, однако Биржу открыли только через шесть лет. Тома де Томон этого не увидел. В тысяча восемьсот одиннадцатом году он упал с повреждённой пожаром стены Большого театра, долго болел и умер в тысяча восемьсот тринадцатом. Торжественное открытие состоялось пятнадцатого июля тысяча восемьсот шестнадцатого года.

Площадка у гранитных спусков, на которой теперь стоят люди, при Кваренги была водой. Его Биржи здесь больше нет, но при разборке сохранили около двух миллионов кирпичей и уложили их в здание Тома де Томона.