Дворцовая площадь и Александровская колонна

Тридцатого августа тысяча восемьсот тридцать второго года центр Дворцовой площади занимали деревянные леса высотой с многоэтажный дом. Внутри лежал цельный ствол будущей колонны — почти шестьсот тонн красного гранита. Французский архитектор Огюст Монферран отвечал за то, чтобы одним подъёмом развернуть этот камень из горизонтального положения и поставить точно на пьедестал.

Заказ исходил от императора Николая Первого. Он хотел увековечить умершего старшего брата — Александра Первого, при котором русская армия отразила вторжение Наполеона и завершила войну вступлением в Париж. Отсюда имя колонны. На стороне пьедестала, обращённой к Зимнему дворцу, это сказано прямо: «Александру Первому благодарная Россия».

Для памятника выбрали площадь перед императорской резиденцией. Дворцовой она называется именно по Зимнему дворцу. Напротив него Карл Росси уже возвёл дугу Главного штаба с триумфальной аркой в память о победе над Наполеоном. Николай хотел заполнить пустой центр тем же сюжетом. Монферран сначала предложил обелиск, но император потребовал колонну — выше Вандомской в Париже, поставленной в честь наполеоновских побед. Французскому архитектору предстояло возвести в Петербурге ответ парижскому памятнику.

Вокруг лесов установили шестьдесят кабестанов — ручных воротов с вертикальными барабанами. Рукоятки толкали солдаты и рабочие; матросы наверху следили за блоками и канатами. Всего в подъёме участвовало около двух с половиной тысяч человек. У подмостей заранее поставили хирурга. Монферрану требовалась не отдельная вспышка силы, а одинаковый шаг десятков расчётов: если один канат слабел, нагрузка переходила на соседние.

Сохранившееся описание подъёма фиксирует момент, когда расчёт едва не рассыпался. При отрыве колонны от тележки из-за спутанных блоков остановились три кабестана. Один из верхних блоков лопнул и упал вниз, в группу людей. Началось замешательство, однако команды у соседних воротов продолжили идти ровным шагом. Остальные вернулись на места, канаты снова натянули, и гранитный ствол медленно развернули над площадью. Затем каменщики подвели его к основанию и опустили на пьедестал.

Когда колонна встала, Николай Первый объявил Монферрану при собравшихся, что архитектор обессмертил себя. Работы, однако, продолжались ещё два года: гранит шлифовали, пьедестал покрывали бронзовыми рельефами, а скульптор Борис Орловский создавал ангела с крестом. По желанию императорской семьи лицу ангела придали черты Александра Первого. В сентябре тысяча восемьсот тридцать четвёртого года памятник открыли военным парадом — площадь перед дворцом получила тот церемониальный центр, ради которого Николай и затеял строительство.

Гранитный ствол и сейчас ничем не прикреплён к пьедесталу. Его удерживает собственный вес. Над ним стоит ангел с лицом Александра Первого, а под ним остаётся точка, в которую две с половиной тысячи человек опустили монолит после оборвавшегося блока и трёх остановившихся воротов.