Берег озера Неро у Подозёрки

Зимой с тысяча девятьсот одиннадцатого на тысяча девятьсот двенадцатый год на ростовском берегу, у этой пристани, торговец из приозёрного села Воржи Трунов строил железный буксирный пароход. Отсюда ему предстояло водить через Неро два грузовых парома: с телегами, лошадьми, людьми и товарами для ростовского базара.

Свободно открыть такую переправу было нельзя. В тысяча семьсот девятом году царь Пётр Первый передал жителям села Угодичи на противоположном берегу исключительное право ловить в Неро рыбу и перевозить по озеру людей и грузы. Угодичские крестьяне брали плату за переправу и ходили в Ростов на больших гребных и парусных лодках — соминах. Когда рыбинский купец Емельянов пустил здесь первый пароход, ему пришлось платить владельцам этого права.

Позднее перевозом занялся угодичский торговец Михаил Фафурин. Его деревянный буксир «Николай Первый» тянул два парома, на каждом помещалось до сорока подвод. В базарные дни он делал четыре рейса. Особенно много работы выпадало осенью, когда крестьяне везли в Ростов урожай и промышленные товары. Все люди на пароходе были из Угодич, и на ночь судно возвращалось к их берегу. Ростов служил рынком, но даже городская пристань оставалась одним концом чужой сельской переправы.

Старый буксир шёл медленно и часто требовал ремонта. Трунов построил у ростовской пристани новое судно с железным корпусом и назвал его «Ростов Великий». С двумя гружёными паромами оно пересекало озеро за сорок минут вместо прежнего часа с лишним. Фафурин после этого разобрал деревянный пароход, баржи и паромы: часть продал, остальное ушло на дрова.

Железный «Ростов Великий» продолжил ходить и после революции. Сначала его переименовали в «Зарю свободы», затем — в «Ударник». Кроме паромов он тянул к городу огромные связки сплавного леса, чтобы ростовцы могли запасти дрова. В тысяча девятьсот пятьдесят восьмом году судно перевели с дровяного топлива на уголь, но вскоре новый руководитель управления малых рек, выполняя кампанию по сбору металлолома, сдал в утиль весь пароход.

На Подозёрке по-прежнему есть лодочная пристань. Старых свайных причалов, двух грузовых паромов и самого «Ростова Великого» здесь уже нет: от переправы, ради которой судно строили на этом берегу, осталось место выхода на воду.