Площадь Сан-Франсиско

У южного края длинного монастырского фасада к церкви примыкает небольшая часовня, а рядом каменная лестница поднимается на высокий двор перед храмом. Ею когда то распоряжалось религиозное братство коренных жителей Кито: миряне оплачивали службы и устраивали здесь погребения своих членов. Первоначальным посвящением была Дева Скорбящая, но город со временем стал звать часовню Кантуньи.

Площадь разделена на два уровня. Нижний прямоугольник веками оставался городским: здесь торговали, набирали воду из фонтана, собирались на праздники. Теперь под ним находится станция метро, а свободное пространство по-прежнему используют для ярмарок и религиозных церемоний. Каменная лестница ведёт на поднятый атриум — площадку перед церковью, где начиналась территория монастыря. От францисканцев, последователей итальянского проповедника Франциска Ассизского, церковь и площадь получили имя Сан-Франсиско.

В южном, левом конце монастырского фасада есть отдельная часовня. Первоначально ею распоряжалось религиозное братство коренных жителей Кито: миряне вместе оплачивали богослужения и устраивали погребения своих членов. Часовню посвятили Деве Скорбящей, но сейчас её знают как часовню Кантуньи.

Франсиско Кантунья был коренным жителем из Сангольки и зарабатывал кузнечным и слесарным ремеслом. Городской совет не раз назначал его старшим мастером и надсмотрщиком гильдии кузнецов: он проверял работу других ремесленников. Кантунья приобрёл дома и мастерские, однако должность сама по себе не обеспечивала его семье места рядом с монастырским алтарём. Этого он добивался отдельной сделкой с братством.

В тысяча шестьсот шестьдесят восьмом году Кантунья обязался изготовить для часовни дверные петли, замок и ключи, оплатить украшение алтаря и две статуи. Одни металлические детали оценивались почти в две сотни песо. Кроме того, мастер должен был ежегодно содержать торжественную мессу. Братство взамен признало его пожизненным покровителем часовни, передало это право его законным детям и выделило семейное место для погребения.

Кантунью действительно похоронили у алтаря. В завещании он оставил деньги на ежегодную службу о своей душе и потребовал совершать её до конца времён. Договор подействовал и без вечности: жители постепенно перестали называть часовню прежним именем и связали её с кузнецом, который оплатил алтарь, двери и семейную гробницу.

Позднее рассказчики перенесли его сделку из часовни на огромный атриум перед церковью. По самому известному преданию, францисканцы поручили Кантунье закончить каменную площадку к невозможному сроку. Он пообещал дьяволу душу, если до рассвета будет уложена последняя глыба. Ночью работали бесы, но Кантунья спрятал один камень. Утром постройка формально оставалась незавершённой, дьявол не получил обещанного, а мастер сохранил жизнь и душу.

Это именно предание. Документы называют Кантунью кузнецом и покровителем часовни, а не строителем атриума; достоверно указанной «недостающей глыбы» здесь нет. У южного края фасада сохранился результат той сделки, которую он заключил на самом деле: часовня носит его имя, а сам мастер лежит у её алтаря.