Скульптура «Орёл»

Верхнюю площадку на Горячей горе разбили прямо над трещиной, откуда выходит горячая минеральная вода. Дорожки и лестницы нового курортного парка вывели сюда тех, кто приезжал лечиться и гулять. На горке из колотого камня для них поставили скульптуру, призванную одним силуэтом говорить о здоровье и силах Кавказа.

У бронзового орла опущена голова и закрыт клюв. В когтях он удерживает змею. Новочеркасский живописец Иван Крылов, придумавший эту сцену, рисовал птицу иначе: с широко раскрытыми крыльями, повёрнутой вправо головой и полуоткрытым клювом.

В тысяча девятисотом году директор Кавказских Минеральных Вод Владимир Хвощинский распорядился разбить на Горячей горе новый курортный парк. Дорожки и лестницы вывели на верхнюю площадку над трещиной, из которой выходила горячая минеральная вода. Здесь требовался знак, сразу объясняющий, ради чего люди приезжают в Пятигорск.

Крылов оказался на Водах как пациент и одновременно зарабатывал художественными заказами курортного управления. Он предложил изобразить беркута, расправляющегося со змеёй: птица означала здоровье и силы Кавказа, змея — болезни. Рассказ об ужаленном орле, который исцелился водой источника и затем победил змею, считается легендой. Надёжного раннего источника у неё нет; исследователи допускают, что её сочинили уже вокруг готовой скульптуры.

Скульптор Людвиг Шодкий в это время делал для нового парка алебастровые вазы. По рисунку Крылова он выполнил полноразмерного орла из цементной смеси, которую тогда называли искусственным камнем. Первого мая тысяча девятьсот первого года фигуру открыли на горке из колотого камня. Вечером её осветили красным бенгальским огнём. Курортное управление собиралось поставить прожектор, чтобы птицу было видно из города, но электричества едва хватало самому Цветнику.

Первые отзывы были беспощадными. Корреспондент газеты «Казбек» объявил орла грубым, неуместным и портящим вид горы; особенно ему не понравилась «невероятно толстая и короткая шея». Однако издатели путеводителей и открыток начали печатать новый силуэт. Фотографы снимали возле него курортников, другие города Кавказских Минеральных Вод заказывали собственных орлов, а работа Крылова и Шодкого стала узнаваемой эмблемой всего региона.

Цементная птица такого тиража не пережила. Зимой её закрывали деревянным ящиком, но фигура всё равно разрушалась. Неизвестные мастера заново лепили голову, шею и крылья; однажды орёл даже остался без змеи. После войны ему придали нынешний, более спокойный облик.

В ноябре тысяча девятьсот семьдесят второго года Пятигорский курортный совет заключил договор с ленинградским комбинатом скульптуры. Работники сняли с постамента послевоенного цементного орла и сделали с него слепок. Сначала новую фигуру собирались отлить из чугуна, затем выбрали бронзу. Пятнадцатого октября тысяча девятьсот семьдесят третьего года она заняла это место, а в тысяча девятьсот девяносто пятом году орла со змеёй поместили на официальную эмблему Кавказских Минеральных Вод.

Перед нами бронзовый слепок послевоенной версии. От замысла Крылова здесь сохранились схватка орла со змеёй и точка над бывшим источником; раскрытого клюва и первоначального размаха крыльев больше нет.