Национальный театр бунраку

Шестого апреля тысяча девятьсот восемьдесят четвёртого года на этой сцене начался первый открытый для публики сезон Национального театра бунраку. Для открытия выбрали праздничную пьесу «Котобуки-сики самбасо». Куклы исполняли церемониальный танец, а люди, управлявшие ими, впервые играли в Осаке на сцене, построенной государством специально для их искусства.

Такой театр добивался создать Саэки Исаму — председатель Ассоциации бунраку и глава железнодорожной компании «Кинтэцу». Ассоциация отвечала за исполнителей и сохранение репертуара, однако собственного национального зала в городе у неё не было: главной осакской площадкой служил коммерческий театр Асахидза в Дотонбори. Саэки хотел закрепить труппу там, где возникло её искусство. Ради этого крупный предприниматель потратил свой политический вес: лично обратился к премьер-министру Мики Такэо и потребовал строить театр в Осаке. Премьер передал вопрос министру финансов Охире Масаёси; в бюджете появились деньги сначала на исследование, затем на проект. Осакские власти, торгово-промышленная палата и деловые круги несколько лет повторяли это требование. В тысяча девятьсот восемьдесят первом году началась стройка, через три года труппа перешла сюда из Асахидзы. Саэки успел увидеть результат своей кампании.

Слово «бунраку» на фасаде появилось благодаря совсем другому осакскому антрепренёру. В конце восемнадцатого века Уэмура Бунракукэн, любительский рассказчик гидаю с острова Авадзи, зарабатывал уроками дзёрури — протяжного повествования, из которого вырос этот театр. Большие кукольные сцены Осаки к тому времени закрылись, и Бунракукэн устроил возле южного конца моста Кодзу учебное помещение для горожан-любителей. Оно находилось примерно в пяти минутах отсюда. Уроками дело не ограничилось: Бунракукэн собрал рассказчиков и кукловодов и начал давать представления. Публика пошла, семья продолжила его дело, а в тысяча восемьсот семьдесят втором году наследники вывесили название «Бунраку-дза» — театр Бунраку. Постепенно имя одной труппы стало названием всего искусства. Сам основатель этого не увидел: он умер в тысяча восемьсот десятом году, задолго до появления вывески.

Старого помещения Бунракукэна нет. Исчез и мост Кодзу: канал, через который он был перекинут, после войны засыпали, мосты разобрали, а над бывшим руслом проложили городскую автомагистраль. Национальный театр построили немного южнее, в том же районе, где Бунракукэн нашёл своих первых учеников и зрителей.

Внутри нынешнего зала его занятие всё ещё можно разобрать на три отдельные профессии. Рассказчик-таю один произносит авторский текст и реплики всех персонажей. Рядом сидит исполнитель на сямисэне; он ведёт действие вместе с таю, а не сопровождает его фоном. Большой куклой управляют три человека: главный отвечает за голову и правую руку, второй — за левую, третий — за ноги. Для них в сцене устроен пониженный проход «фунадзоко», а для таю и музыканта — особая боковая площадка. Над этим устройством стоит имя человека, который когда-то открыл неподалёку частную школу для любителей: Бунракукэн.