Башни Бруклинского моста

Мост строили как постоянную переправу между Нью-Йорком и Бруклином, когда это были ещё два самостоятельных города. Каменные башни поднимаются прямо из реки, а пешеходный настил проходит через их высокие арки. На западной стороне бруклинской башни закреплена бронзовая плита с именами людей, чья работа осталась в самом устройстве моста.

Через вершины каменных башен перекинуты четыре главных несущих каната. От них на вертикальных подвесках держится пролёт, а башни передают его вес основанию. Каждая начинается глубоко под водой — с огромного деревянного ящика без дна, кессона, который строители опускали сквозь речной грунт.

Мост спроектировал инженер Джон Рёблинг, добивавшийся постоянной переправы между двумя тогда отдельными городами — Нью-Йорком и Бруклином. Он умер ещё до начала основных работ, и должность главного инженера получил его тридцатидвухлетний сын Вашингтон Рёблинг. Чертежи отца были лишь началом: способ поставить на дне Ист-Ривер две башни Вашингтону пришлось рассчитывать самому.

В рабочую камеру кессона нагнетали сжатый воздух. Он вытеснял воду, люди вынимали грунт, а каменная кладка сверху своим весом опускала всю конструкцию. Под бруклинской башней твёрдая скала встретилась примерно в четырнадцати метрах ниже отметки высокой воды. На манхэттенской стороне кессон ушёл почти на двадцать четыре метра, но железные щупы показывали: до скалы оставалось ещё около девяти.

Чем глубже опускалась камера, тем выше требовалось давление. Теперь известно, что при слишком быстром возвращении наверх в крови образуются пузырьки азота. Тогда причину ещё только пытались понять. За несколько месяцев тысяча восемьсот семьдесят второго года врач мостовой компании зарегистрировал сто десять случаев так называемой кессонной болезни. Трое мужчин умерли.

После третьей смерти Вашингтон Рёблинг остановил погружение манхэттенского кессона. Мост был его оплачиваемой работой, а должность главного инженера — продолжением семейного ремесла; если бы основание просело, он потерял бы и проект, и профессиональное имя. Рёблинг изучил пробы и решил, что плотно слежавшиеся песок и гравий выдержат башню. По его распоряжению рабочую камеру засыпали и залили бетоном, оставив её примерно в девяти метрах над скалой. На этом основании возвели манхэттенскую башню.

Сам Рёблинг тоже тяжело заболел после спусков в кессоны. С декабря тысяча восемьсот семьдесят второго года он больше не появлялся на стройке и так полностью и не выздоровел. Из дома в Бруклин-Хайтс он следил за работами в телескоп. Его жена Эмили Рёблинг сначала записывала распоряжения, затем освоила расчёты кривизны канатов, сопротивление материалов и спецификации моста. Она передавала инженерам решения мужа, привозила ему вопросы со стройки и приняла на себя работу на площадке. Перед открытием в тысяча восемьсот восемьдесят третьем году Эмили первой пересекла готовый мост в экипаже.

На западной стороне бруклинской башни закреплена бронзовая плита с именами Джона, Вашингтона и Эмили Рёблинг. Под манхэттенской башней по-прежнему лежит забетонированный деревянный кессон; его дно стоит на песке там, где Вашингтон Рёблинг велел прекратить спуск.