Сент-Чарльз-авеню

Посреди Сент-Чарльз-авеню лежит травяная полоса с трамвайными рельсами. Она появилась раньше широкого проспекта, дубов и большинства особняков. В начале девятнадцатого века здесь проходила узкая Найадес-стрит, а вокруг оставались земли бывших плантаций.

В тысяча восемьсот тридцать первом году земельные инвесторы Лоран Мийодон, Джон Слайделл и их партнёры купили плантацию Маккарти примерно в восьми километрах выше по Миссисипи. Они собирались разделить её на участки и построить новый пригород — Кэрролтон. Их деньги были вложены в землю, но дорогими участки могли стать лишь в том случае, если покупатели получат удобную дорогу до Нового Орлеана.

Для этого инвесторы создали железнодорожную компанию и наняли Чарльза Цимпеля — землемера, который зарабатывал составлением городских планов и прокладкой путей. Цимпель получил две связанные задачи: разметить улицы Кэрролтона и провести к этим улицам железную дорогу. Один и тот же чертёж превращал плантацию в продаваемые кварталы и показывал, как будущие жители будут добираться в город. Путь Цимпель проложил через Найадес-стрит — по нынешней Сент-Чарльз-авеню.

Инвесторы торопились открыть движение. Заказанные в Англии локомотивы и вагоны не успели доставить к запуску первого участка, поэтому компания купила у другой железной дороги конный вагон и начала возить пассажиров ещё до окончания работ. Двадцать шестого сентября тысяча восемьсот тридцать пятого года между Новым Орлеаном и Кэрролтоном пошли паровые поезда. В следующем году они отправлялись каждые два часа, семь дней в неделю. Чтобы пассажирам было зачем ехать к конечной станции, владельцы построили там гостиницу и разбили увеселительный сад.

Расчёт на транспорт сработал. В тысяча восемьсот сорок первом году в Кэрролтоне насчитывалось всего тридцать шесть домов; через десятилетие там жили уже тысяча четыреста семьдесят человек. Между Кэрролтоном и Новым Орлеаном владельцы прежних плантаций делили землю на кварталы, а застройщики тянули новые улицы к железной дороге. Сначала рельсы сделали окрестные участки удобными для жизни, затем дорогими.

В тысяча восемьсот восьмидесятом году узкую Найадес расширили до парадного проспекта. Особняки, широкие проезжие части и дубовые посадки появились вокруг уже действующего пути. Поэтому трамвай идёт по центру авеню: городские власти не вставляли его позднее между домами — дома и сам проспект выстроили по сторонам железной дороги Цимпеля.

Название сменилось ещё раньше, в тысяча восемьсот пятьдесят втором году. Сент-Чарльз — это святой Карло Борромео, миланский архиепископ шестнадцатого века. Его считали небесным покровителем испанского короля Карла Третьего, правившего, когда Луизиана перешла от Франции к Испании. Имя авеню напоминает об испанском монархе, хотя её нынешнее устройство создали американские земельные спекулянты и нанятый ими прусский инженер.

К середине двадцатого века трамвайные компании Нового Орлеана заменяли рельсовые маршруты автобусами. В тысяча девятьсот шестьдесят четвёртом году закрыли даже линию на Канал-стрит. Городское объединение сторонников трамвая не сумело спасти её, но собрало достаточно поддержки, чтобы сохранить путь на Сент-Чарльз. В тысяча девятьсот семьдесят третьем году линию внесли в Национальный реестр исторических мест.

Нынешние зелёные вагоны построены не в эпоху первых паровозов: модель Перли Томаса вышла на линию в тысяча девятьсот двадцать третьем и тысяча девятьсот двадцать четвёртом годах. Старше вагонов здесь сам маршрут. Под дубами он по-прежнему проходит там, где Цимпель провёл рельсы через Найадес-стрит к участкам Кэрролтона.