Площадь Джексона: сцена флагов и наказаний

Кабилдо и собор стоят бок о бок, а между ними оставлен широкий открытый плац перед городским управлением. Его создавали для публичных городских дел, когда власти и гарнизон должны были собраться на виду у всего города. В середине площади теперь поднят бронзовый конь; имя Джексона она получила в тысяча восемьсот пятьдесят первом году, а статую поставили пять лет спустя. Рядом сохранился и флагшток, так что прежняя пустота плаца не исчезла за памятником.

В январе тысяча восемьсот одиннадцатого года колонна порабощённых работников сахарных плантаций двинулась вдоль Миссисипи к Новому Орлеану. Они забирали оружие, освобождали и увлекали за собой людей из соседних имений. Точного общего плана источники не сохранили; достоверно известно направление — город, где находились казармы, арсенал и порт. Для человека, принадлежавшего хозяину вместе с результатами своего труда, уже сам уход с плантации означал риск смерти.

До этой площади колонна не дошла. Навстречу выступили федеральные солдаты, ополчение плантаторов и добровольцы. Отряд восставших разбили, беглецов разыскивали по болотам и плантациям. Почти сто человек погибли в бою или при последующих расправах. Судьи-рабовладельцы устроили три разбирательства, одно — в Новом Орлеане. Одиннадцать обвиняемых здесь приговорили к смерти; троих публично повесили на Плас-д’Арм. Вдоль дамбы до городских ворот выставили на шестах головы убитых и казнённых, чтобы результат похода увидели те, ради кого восстание начиналось.

Казнь назначили сюда потому, что Плас-д’Арм создавали как открытый плац перед Кабилдо, зданием городского управления, и собором. Здесь строились солдаты, губернаторы принимали присягу, а осуждённых выставляли у позорного столба с табличкой, где были написаны имя и проступок. Деревянная виселица несколько лет стояла примерно в центре площади. Приговор требовалось исполнить на виду у гарнизона и горожан.

Той же постановкой пользовались при смене государств. Тридцатого ноября тысяча восемьсот третьего года французский префект Пьер-Клеман де Лоссат принял Луизиану у испанских чиновников. В Кабилдо ему передали ключи от городских укреплений, а перед собравшимися на площади испанский флаг заменили французским. Лоссата прислали восстановить французское управление, но Наполеон уже продал Луизиану Соединённым Штатам.

Французским правителем Лоссат пробыл двадцать дней. Двадцатого декабря он принял в том же Кабилдо американских уполномоченных Уильяма Клэйборна и Джеймса Уилкинсона, передал им городские ключи и освободил жителей от присяги Франции. Французское знамя спустили, американское подняли. Клэйборн, назначенный управлять новой территорией, объявил на английском, французском и испанском языках, что жители отныне обязаны верностью Соединённым Штатам, и пообещал сохранить их имущество, веру и гражданские права.

Имя Эндрю Джексона появилось здесь позже. В декабре тысяча восемьсот четырнадцатого года генерал собирал на старом плацу местные части перед наступлением британской армии. На одном из смотров перед ним прошли около шести тысяч человек; речь генерала переводил на французский его помощник Эдвард Ливингстон, потому что многие защитники города не понимали английского. После победы под Новым Орлеаном Джексон вернулся сюда: двадцать третьего января тысяча восемьсот пятнадцатого года он прошёл через временную триумфальную арку к благодарственной службе в соборе.

В тысяча восемьсот пятьдесят первом году городские власти переименовали Плас-д’Арм в Джексон-сквер, а через пять лет поставили в центре конную статую генерала. Бронзовый конь теперь поднят примерно там, где старые описания помещают деревянную виселицу; рядом стоит флагшток в память о двух сменах флага за двадцать дней.