Крепость над торговой бухтой

Стены и башни Матрахской крепости тянутся по узкому каменному гребню над торговой бухтой. Внутри почти не устраивали жилья: укрепление держали для дозора и пушечных позиций, а постоянной службы хватало одному капитану и тридцати солдатам, набранным в Индии. Внизу лежит бухта, через которую шли товары, а нынешние стены лишь отчасти сохранили португальский облик. Позднее правители Аль Яаруба перестроили крепость и снова подняли башни над склоном.

Тридцатого октября тысяча шестьсот сорок восьмого года португальский капитан-генерал Жил Эанеш де Норонья спустился к берегу Матраха подписывать мир. Он служил королю Португалии и отвечал за удержание Маската вместе с этой крепостью. Потеря укреплений могла стоить ему должности и свободы — так впоследствии и случилось.

Крепость прикрывала то, без чего Маскат было трудно оборонять: дорогу к соседней торговой бухте. После потери Ормуза в тысяча шестьсот двадцать втором году португальский командующий Руй Фрейре де Андраде перенёс главную опору своих операций в Маскат и приказал укрепить Матрах. Отсюда можно было держать под пушками единственный тогда скальный проход между двумя городами и путь товаров из бухты к маскатским складам. Для службы здесь предусматривались тридцать ласкаров — солдат, набранных в Индии, — и один португальский капитан. Узкий гребень со стенами и башнями предназначался для наблюдения и стрельбы; жилые покои крепости не требовались.

К тысяча шестьсот сорок восьмому году положение перевернулось. Оманское войско заняло Матрах и устроило здесь лагерь, хотя португальский гарнизон продолжал держать крепость. В Маскате распространялась чума; одно из донесений сообщало примерно о пятидесяти умерших в день. Не хватало людей, денег и припасов. Норонья согласился на переговоры.

Со стороны оманского правителя в них участвовал Султан бин Сайф — его посланник и будущий преемник. Условия касались прямо этого склона. Португальцы должны были снести свою крепость Матраха, оманцы — возведённое поблизости укрепление. Бухту предлагалось оставить без артиллерии и открыть для обеих сторон; оманских торговцев освобождали от пошлин в Маскате. Норонья подписал соглашение и выиграл время для измотанного гарнизона.

В Гоа его решение сочли преступной уступкой. Норонью отозвали, арестовали и отдали под суд за ослабление обороны и ущерб таможенным сборам. Судьи в конце концов оправдали его: они признали, что людей и боеприпасов не хватало, а мир позволял сохранить крепости хотя бы временно. Ответственность возложили на сменившего его капитана-генерала Франсишку де Тавору.

По материалам португальского разбирательства, Тавора захватил оманское судно, отказался вернуть его во время перемирия и оскорбил прибывшего за кораблём посланника. Тем временем Султана бин Сайфа избрали имамом — правителем объединённых оманских племён. Он добивался полного изгнания португальцев и возобновил осаду.

В середине декабря тысяча шестьсот сорок девятого года Султан повёл людей через горы и первым поднялся к укреплениям Маската. Нападавшие ночью прошли через оставленные без надзора ворота. Португальцы потеряли город, а к концу января тысяча шестьсот пятидесятого года — последние крепости у гавани. Сотни жителей и военных ушли морем в Диу; португальское господство в Маскате закончилось.

Нынешние стены Матрахской крепости нельзя целиком считать постройкой португальцев. После их изгнания правители династии аль-Яаруба, к которой принадлежал Султан бин Сайф, перестроили укрепление. Мирный договор Нороньи требовал убрать отсюда башни и пушки; строители аль-Яаруба снова поставили их над той же торговой бухтой и тем же скальным проходом.