Церковь Сан‑Херонимо‑эль‑Реаль

Две башни и широкая лестница скрывают за фасадом один длинный зал старой монастырской церкви. Обитель принадлежала иеронимитам и стояла вплотную к Королевским покоям, поэтому её прозвали Королевской. Монастырские корпуса почти целиком исчезли, а церковь осталась приходской; в единственном нефе всё ещё читается пространство, где несколько сословий могли стоять по рангу.

Двадцатого июня тысяча восемьсот тридцать третьего года Изабелле не исполнилось и трёх лет. Присягу в этой церкви произносила не она. Король созвал старые сословные кортесы — епископов, вельмож и депутатов городов, — и они по очереди становились на колени перед раскрытым служебником и распятием. Каждый клялся признать девочку законной наследницей. Сама Изабелла сидела в отдельном кресле рядом с родителями.

Её отец, король Фердинанд Седьмой, добивался, чтобы корона досталась старшей дочери: сыновей у него не было. Он обнародовал закон, позволявший дочери наследовать при отсутствии сына. До рождения Изабеллы следующим претендентом считался брат короля, Карлос Мария Исидро. Карлос хотел сохранить своё право на престол, отказался признать племянницу наследницей и на церемонию не приехал.

Для присяги выбрали Сан-Херонимо-эль-Реаль потому, что с тысяча пятьсот двадцать восьмого года наследников короны признавали именно здесь. К храму примыкали Королевские покои, а широкая единственная нефа позволяла разместить сословия по рангу. Сан-Херонимо — святой Иероним, учёный монах поздней Античности и покровитель иеронимитов, которым принадлежал монастырь. Приставку «Эль-Реаль», то есть «Королевский», закрепил за обителью ещё её основатель, король Энрике Четвёртый.

Среди присягавших Изабелле был инфант Себастьян Габриэль — член королевского дома и один из дальних претендентов на престол. Ему был двадцать один год. Он управлял Великим приоратом ордена Святого Иоанна и получал доходы с его владений. Его мать Мария Тереза поддерживала Карлоса и требовала, чтобы сын отказался от клятвы: тогда сохранялись и права Карлоса, и отдалённая возможность Себастьяна унаследовать корону. Она считала, что сын подчиняется Фердинанду из страха потерять имения, и написала, что предпочла бы увидеть его мёртвым, чем присягнувшим Изабелле.

Себастьян всё же приехал в Сан-Херонимо и преклонил колени. Он был обязан Фердинанду покровительством и хотел остаться при мадридском дворе. Король разрешил ему остаться; мать объявила, что больше не желает знать сына.

Через три месяца Фердинанд умер. Изабеллу провозгласили королевой, Карлос объявил королём себя, и спор перешёл в Первую карлистскую войну. Сначала Себастьян исполнял данную здесь клятву, затем перешёл к Карлосу. За отказ вернуться по приказу регентши его лишили звания инфанта и конфисковали имущество. Он командовал карлистской армией, после поражения жил за границей.

Через двадцать шесть лет Себастьян снова положил руку на Евангелие — уже в Неаполе — и повторно признал Изабеллу законной королевой. Она разрешила ему вернуться и распорядилась вернуть владения, коллекции и придворные почести. Доходный приорат восстановить было невозможно: его земли к тому времени распродали, и Себастьян получил денежную компенсацию.

Нынешний фасад, две башни и парадная лестница появились после той присяги. За ними сохранилась однонефная основа храма, где представители королевства клялись двухлетней наследнице. Большую часть монастыря снесли, церковь стала приходской, а церемония Изабеллы оказалась последней присягой наследнику, проведённой здесь по старому обряду.