Кристальный дворец

Кристальный дворец стоит у искусственного пруда; стеклянный купол держится на железном каркасе. Когда-то под этим куполом была большая оранжерея, а позднее дворец передали музею королевы Софии для современного искусства. От построек, окружавших его раньше, ничего не осталось; пруд уцелел, и по нему когда-то ходили филиппинские лодки. Сейчас здание закрыто лесами: реставраторы укрепляют проржавевший металл и меняют повреждённые стёкла.

В тысяча восемьсот восемьдесят седьмом году министр заморских территорий Виктор Балагер задумал показать Мадриду Филиппины, которые тогда оставались испанской колонией. Он рассчитывал оживить торговлю с архипелагом и укрепить его связь с метрополией. Для тропических растений требовалась огромная оранжерея. Архитектор Рикардо Веласкес Боско за пять месяцев собрал её из готовых железных деталей и стеклянных панелей. Стеклом закрыли стены, своды и двадцатичетырёхметровый купол — отсюда название Кристальный дворец.

Одних растений организаторам показалось мало. В Мадрид привезли сорок три жителя Филиппин. Все получали жалованье, но роли распределили по-разному. Ткачихи и изготовительницы сигар работали перед публикой как нанятые мастерицы. Представителей народов, которых испанцы считали дикими, поселили в построенных возле дворца хижинах. Они стреляли из луков, готовили пищу и проводили дни на глазах у посетителей. Такой показ людей сегодня называют человеческим зоопарком.

Среди приехавших была тридцатилетняя Басалия, мусульманка с острова Холо. Ремесла на выставке она не представляла: организаторам предназначались её одежда, внешность и повседневная жизнь. Во время долгого морского перехода Басалия заболела. В мадридском бараке простуда перешла в воспаление лёгких. В конце мая, ещё до официального открытия выставки, она умерла.

Публицист Эваристо Агирре, уроженец Филиппин, пытался оспорить образ архипелага, составленный организаторами. В мадридском еженедельнике «Испания на Филиппинах» он анонимно напечатал статью об обстоятельствах болезни Басалии и посвятил ей сонет. Анонимность не спасла издание: связанные с колониальной администрацией политики обвинили редакцию в сепаратизме. Журнал зависел от денег состоятельных консервативных подписчиков; после скандала поддержка иссякла, и вскоре он закрылся из-за нехватки средств.

Басалия оказалась одной из трёх взрослых участников, умерших в Мадриде; здесь же умер новорождённый ребёнок. Остальных после завершения выставки приняла во дворце королева-регентша Мария Кристина, затем их отправили домой морем.

От выставочных хижин ничего не осталось. Сохранились искусственный пруд, где демонстрировали филиппинские лодки, и оранжерея, которую позднее передали музею королевы Софии под современное искусство. С конца две тысячи двадцать третьего года дворец закрыт: реставраторы укрепляют проржавевший металлический каркас и меняют повреждённое остекление. Леса укрыты художественным полотнищем Андреа Канепы, а открытие здания ожидается в две тысячи двадцать седьмом году.