Уайтхолл

У Банкетинг-хауса, сохранившейся части прежнего дворца Уайтхолл, рассказ начинается утром тридцатого января тысяча шестьсот сорок девятого года: Карл Первый попросил слугу принести ему ещё одну рубашку. Побеждённый английский король уже знал, что через несколько часов его обезглавят перед толпой. От холода он мог задрожать, и зрители приняли бы дрожь за страх. Карл хотел до последней минуты показывать: судьи отнимут у него жизнь, но не заставят признать их право судить короля.

К этому утру он проиграл две гражданские войны. Карл добивался права самостоятельно решать вопросы налогов, церкви и армии; депутаты настаивали, что король обязан действовать вместе с парламентом. После первого поражения Карл из плена заключил соглашение с шотландскими руководителями, рассчитывая вернуть себе престол с помощью их войска. Вторую войну тоже выиграла парламентская армия. Её старшие офицеры решили, что новый мир продержится лишь до следующей попытки Карла вернуть прежний порядок. Военные удалили из Палаты общин депутатов, выступавших против суда, а оставшиеся создали особый трибунал.

Карл отказался отвечать на обвинение. Признать такой суд означало бы согласиться, что подданные могут вынести приговор своему государю. Судьи продолжили заседания без его признания и приговорили короля к смерти за измену и войны против собственного народа.

Казнь назначили возле его прежней резиденции. В семнадцатом веке нынешний Банкетинг-хаус был частью огромного дворца Уайтхолл. Здание завершили в тысяча шестьсот двадцать втором году как зал для придворных масок — дорогих представлений с музыкой, танцами, мифологическими героями и движущимися декорациями. Такие спектакли показывали зрителям мир, устроенный мудрым, избранным Богом монархом.

Карл заказал фламандскому художнику Питеру Паулю Рубенсу девять полотен для потолка этого зала. На них его отец Яков Первый правит подобно библейскому царю, соединяет короны Англии и Шотландии и возносится на небо среди античных богов. Утром казни Карла привели обратно во дворец и заставили ждать в прежней спальне. Затем осуждённый прошёл через Банкетинг-хаус под этим потолком.

Снаружи к стене приставили помост на уровне первого этажа, чтобы короля было видно с Уайтхолла. В стене устроили проход к эшафоту. Табличка на нынешнем фасаде связывает его с окном почти прямо над ней, хотя точное место проёма остаётся спорным. Помост обтянули чёрной тканью. Карл снял плащ, убрал волосы под белый колпак, лёг перед низкой плахой и предупредил замаскированного палача, что подаст знак рукой. После короткой молитвы он вытянул руку. Палач отсёк голову одним ударом.

Через восемь дней английские депутаты упразднили титул короля; затем Англию объявили республикой. Сын казнённого, Карл Второй, провёл годы в изгнании. Одиннадцать лет спустя парламент пригласил его занять отцовский престол. Тогда смертный приговор Карлу Первому превратился в список для розыска: по подписям и печатям нашли его участников, десятерых осудили и казнили, а тела трёх уже умерших руководителей процесса выкопали и повесили.

Почти весь дворец Уайтхолл сгорел в тысяча шестьсот девяносто восьмом году. Банкетинг-хаус остался единственным целым дворцовым зданием. Внутри по-прежнему находятся полотна Рубенса, а снаружи над табличкой установлен свинцовый бюст Карла Первого. Табличка отмечает маршрут осуждённого через зал; сама плаха стояла на давно разобранном помосте над тротуаром Уайтхолла.

Спустя почти три столетия на этой же улице возвели другую временную конструкцию, связанную с публичным прощанием. Летом тысяча девятьсот девятнадцатого года премьер-министр Дэвид Ллойд Джордж готовил Парад мира после Первой мировой войны и хотел, чтобы проходившие по Уайтхоллу войска остановились ради погибших. Он попросил архитектора Эдвина Лютьенса спроектировать катафалк. Лютьенс предложил кенотаф — по-гречески «пустая гробница».

Имена на нём не предусматривались. Тела сотен тысяч британских и имперских военнослужащих лежали за морем, многих так и не нашли. Белую конструкцию из дерева, холста и гипса поставили посреди улицы всего на одну неделю. На ней оставили только посвящение «Славным погибшим».

Девятнадцатого июля тысяча девятьсот девятнадцатого года участники парада отдали у неё честь. Сразу после шествия люди начали складывать у основания цветы и венки. Через несколько дней правительство решило повторить проект в портлендском камне.

Постоянный Кенотаф открыли одиннадцатого ноября тысяча девятьсот двадцатого года. Мимо него провезли на орудийном лафете гроб Неизвестного воина, выбранного среди неопознанных погибших. Затем воина похоронили в Вестминстерском аббатстве. Кенотаф остался пустым. В воскресенье, ближайшее к годовщине перемирия, у его подножия соблюдают две минуты молчания и возлагают венки в память о погибших в мировых войнах и последующих конфликтах.