Гилдхолл-ярд и римский амфитеатр

Гилдхолл-ярд лежит в центре большого римского амфитеатра, а тёмная дуга в светлой мостовой повторяет край его древнего овала. Низкий сырой участок не годился для жилья, зато из него вынули арену, а деревянные места для зрителей подняли на насыпях; позднее важнейшие стены укрепили камнем и черепицей. Овал длиной больше ста метров вмещал до семи тысяч человек: сюда выводили гладиаторов, осуждённых и животных, проводили состязания, казни, религиозные и военные церемонии. Восточный проход вёл на арену мимо маленькой клетки с подъёмной решёткой, а дощатые водостоки под ним отводили воду из сырого грунта.

В феврале тысяча девятьсот восемьдесят восьмого года археолог Ник Бейтман пытался сложить в одно целое несколько римских стен, обнаруженных в разных раскопах у Гилдхолла. Бейтман руководил участком: его команда должна была исследовать землю до начала строительства новой картинной галереи. Строители ждали, а стены упрямо расходились под странными углами. Затем археологи расчистили дугу. Для обычного здания она не годилась; перед ними оказалась внутренняя стена арены.

Находка разрешила спор, который длился больше столетия. Археологи предполагали, что у Лондиния, римского Лондона, должен был быть амфитеатр, но никто не знал, где его искать. Здесь его почти не ожидали: подобные сооружения обычно ставили за городской чертой, а этот находился рядом с военным фортом и позднее оказался внутри римских стен. Низкий сырой участок плохо подходил для домов. Зато землю можно было вынуть под арену, а деревянные места для зрителей поднять на насыпях.

Первый амфитеатр построили примерно в семидесятом году. В начале второго века римские строители расширили его и укрепили важнейшие стены камнем и черепицей. В овале длиной больше ста метров помещалось до семи тысяч зрителей. Устроители выпускали сюда гладиаторов, осуждённых и животных, проводили состязания, казни, религиозные и военные церемонии. Бои гладиаторов насмерть, вероятно, случались реже, чем принято воображать: обученные бойцы стоили денег и ездили с выступлениями по городам империи.

Команда Бейтмана нашла восточный вход, по которому участники выходили на арену. Рядом располагалась маленькая камера. В каменном пороге остались пазы для деревянной решётки: служители могли поднять её сверху и выпустить животное, сами оставаясь вне клетки. Под проходом лежали дощатые водостоки. Сырая почва, мешавшая римлянам строить здесь жильё, сберегла древесину почти на две тысячи лет.

Эта находка столкнулась с уже принятым городским решением. Лондонский Сити собирался вернуть из хранилищ тысячи картин: прежняя галерея сгорела во время воздушного налёта в мае тысяча девятьсот сорок первого года. Над раскопом также планировали офисы. После открытия амфитеатра государство взяло руины под охрану, началось разбирательство, и стройка остановилась на несколько лет.

Перенести кладку было нельзя. Поставить на неё буровую установку весом сто тонн тоже: она раздробила бы стены. Инженеры собрали над раскопом временную стальную платформу и разместили её опоры в промежутках между римскими остатками. С этой платформы они пробурили постоянные сваи глубиной в сорок один метр, а уже на них перенесли вес галереи и офисов. Архитекторы убрали из первоначального проекта гардероб и устроили на его месте зал для амфитеатра. Картинная галерея открылась в тысяча девятьсот девяносто девятом году, руины — ещё через три года.

Готический зал напротив по-прежнему служит ратушей Лондонского Сити. Название «Гилдхолл» обычно выводят из англосаксонского слова «гильд» — платёж: здесь горожане платили сборы и собирались для городских дел.

Тёмная дуга среди светлых плит Гилдхолл-ярда отмечает стену римской арены. Сам двор занимает большую часть её прежней площадки, а найденный Бейтманом восточный вход находится примерно на шесть метров ниже, под галереей. Средневековые строители проложили соседние улицы в обход погребённого овала, и середину арены не застраивали по меньшей мере с четырнадцатого века.