Музей Ламу

За резной деревянной дверью с латунными шляпками разместился музей в бывших служебных комнатах Ламу. Вместо кабинетов здесь хранятся рукописи, домашняя утварь, морские снасти, украшения и принадлежности для постройки дау, собранные по островам архипелага. Многие вещи прежде принадлежали семьям Ламу и соседних поселений, поэтому в витринах оказался не отвлечённый набор древностей, а привычный островной быт.

Двухэтажный дом с каменной аркадой, деревянной верандой и внутренним двором закончили в тысяча восемьсот девяносто втором году. Заказчиком был Абдалла бин Хамед бин Саид аль-Бусаиди, приближённый султана Занзибара. Когда Абдалла переехал в Момбасу, дом достался знатной семье, затем его заняла Имперская Британская Восточно-Африканская компания. Позднее здесь поселили окружного комиссара — главного администратора Ламу. Даже после провозглашения независимости Кении комиссар оставался в этом доме до тысяча девятьсот шестьдесят восьмого года.

Через два года сюда приехал кенийский историк Джеймс де Вер Аллен. Прежде он зарабатывал преподаванием, а в Ламу получил жалованье штатного куратора Национальных музеев Кении. Аллен добивался финансирования, чтобы развернуть в бывшей резиденции музей побережья. Готовой коллекции его не ждало: старые двери, мебель, рукописи и домашняя утварь ещё принадлежали семьям Ламу и соседних поселений. Аллен выкупал исторические вещи, причём, по воспоминаниям современницы, платил владельцам хорошие деньги.

В той же команде работал местный этнолог Омар Бвана. Он вспоминал, как сотрудники ездили по всему региону и отбирали предметы, способные рассказать о коренных общинах: суахили, покомо, орма, бони и санье. Они собирали одежду, украшения, амулеты, музыкальные инструменты, принадлежности для строительства дау и находки с заброшенных поселений архипелага. Предметы распределяли по комнатам так, чтобы житель Ламу мог показать ребёнку знакомую вещь и сам объяснить, как ею пользовались.

Аллен возглавлял музей с тысяча девятьсот семьдесят первого по тысяча девятьсот семьдесят третий год. Затем он подал в отставку, освобождая должность для первого африканского куратора. Омар Бвана остался в музейном деле, позднее руководил музеями кенийского побережья и участвовал в подготовке закона, защитившего старые суахилийские дома, резные двери и предметы от вывоза и уничтожения.

Комнаты окружного комиссара теперь заняты экспозициями и хранилищами. Среди музейных вещей находятся резные двери, рукописи, морские снасти и церемониальная сива из слоновой кости с острова Пате. Вход сохранил резную деревянную дверь с латунными шляпками, а за ней осталось собрание, ради которого Аллен искал деньги, Бвана ездил по архипелагу, а семьи Ламу расставались со своими вещами.