Барбакан

Нынешний Барбакан кажется отдельной круглой крепостью. В конце пятнадцатого века за ним не было парка. Ров окружал кирпичные стены, а крытый проход над водой соединял укрепление с Флорианскими воротами. Въезжающий пересекал подъёмный мост, попадал в наружные ворота, поворачивал и только потом двигался по этому проходу к городу. Прямого броска внутрь не получалось.

Такое укрепление называли барбаканом — вынесенным вперёд преддверием ворот. Его поставили с северной стороны, где подступы к Кракову не прикрывала естественная водная преграда. После неудачного похода польского короля Яна Ольбрахта в Буковину набеги молдавских, татарских и османских отрядов достигли Малой Польши. Король добивался, чтобы столицу успели подготовить к ответному удару: в тысяча четыреста девяносто восьмом году он заложил первый камень, выделил деньги и следил за работами. Уже через год перед главным северным въездом стояли стены со ста тридцатью бойницами.

Испытание, которое осталось в городской памяти, пришло намного позже. В июне тысяча семьсот шестьдесят восьмого года в Краков вошли участники Барской конфедерации — военного союза шляхты, названного по подольскому городу Бар и созданного против российского вмешательства в дела Речи Посполитой. К северному въезду подошёл российский отряд подполковника Бока. Он рассчитывал прорваться через Флорианские ворота прежде, чем защитники соберут достаточно людей и оружия.

Участки укреплений тогда распределялись между ремесленными цехами. Марцин Орацевич командовал цехом позументщиков: в обычной жизни такие мастера зарабатывали изготовлением поясов, тесьмы, галунов и бахромы. Членство в городском стрелковом братстве объясняет, почему ремесленник оказался на стене с ружьём и почему именно ему доверили выстрел по командиру штурма. Его цех отвечал за северный участок между Флорианскими воротами и башней Позументщиков.

По рассказу, записанному позднее со слов очевидца, Орацевич дважды промахнулся. Для третьего выстрела он будто бы сорвал металлическую пуговицу с жупана и зарядил ею ружьё. Пуговица попала в неприятельского командира, после чего отряд прекратил атаку. Эту деталь следует считать преданием. Документы подтверждают более сдержанную версию: штурмом командовал подполковник Бок, и он действительно был ранен. В поздней городской легенде на его месте появился генерал Панин, а ранение превратилось в смерть.

Тот выстрел остановил один приступ, но не решил судьбу осады. Через несколько недель российские войска окружили Краков. У защитников кончались припасы, атаки продолжались у других ворот, и в августе город пришлось сдать. Орацевич и его товарищи удержали северный вход в день первого штурма; всю кампанию они выиграть не смогли.

На восточной стене Барбакана висит памятная доска. Она сообщает, что Орацевич убил российского полковника и тем заставил атакующих отступить. Полковник остался жив, а Краков позднее капитулировал. Точно в надписи последнее уточнение: в тот день от северного входа отступили.