Галеевская мечеть и медресе «Мухаммадия»

Минарет поднимается над каменным зданием мечети, а рядом стоят учебные корпуса медресе Мухаммадия. Здесь по-прежнему собирается на молитву приход, а будущие имамы и преподаватели получают образование по соседству. Медресе выросло из небольшого каменного дома для занятий при мечети; позднее ему потребовались новые корпуса и пособия, когда ученики начали приезжать из разных частей Российской империи. Его название хранит память о купце, оплатившем первое помещение.

Купец Муса Мамяш оплатил строительство этой мечети в тысяча семьсот девяносто восьмом году; закончили её к тысяча восемьсот первому. Казанцы называли здание мечетью Мусы-бая и Пятой соборной. Галеевской её стали называть позднее — по настоящей фамилии имама Галимджана Баруди.

Двадцатипятилетний Галимджан Галеев вернулся в Казань после семи лет учёбы в Бухаре и в тысяча восемьсот восемьдесят втором году получил здесь место второго имама. Он вёл молитву и давал уроки при мечети. У него был надёжный способ зарабатывать совсем иначе: отец, Мухаммадзян Галеев, владел фабрикой татарской обуви и головных уборов, торговал в нескольких городах. Позднее Галимджан прямо писал, что пренебрёг отцовским делом ради книг и преподавания.

Мухаммадзян употребил часть торгового капитала на выбор сына. Он оплатил одноэтажное каменное здание рядом с мечетью, и в тысяча восемьсот восемьдесят третьем году Галимджан начал там занятия. Медресе назвали «Мухаммадия» в честь Мухаммадзяна; в официальных бумагах встречалось и другое название — Галеевское.

После поездки в Османскую империю, Египет и Мекку Баруди переделал обучение. Начинающих учили читать по звукам, а не складывать названия букв в слоги. Баруди составлял буквари и требовал, чтобы ученик понимал короткий текст, а не запоминал длинные фразы без разбора. Коран, хадисы и исламское право оставались в программе, но примерно половину учебного времени он отвёл математике, географии, естествознанию, медицине, истории и педагогике. Татарский язык здесь впервые среди российских медресе начали преподавать как отдельный предмет.

Ученики приезжали из разных частей Российской империи. К началу двадцатого века их стало больше восьмисот. Благотворители оплачивали новые корпуса и пособия, а Баруди готовил людей, которые после выпуска становились имамами и учителями и вводили тот же способ обучения уже в других городах и сёлах.

В тысяча девятьсот седьмом году Баруди устроил здесь летние курсы для преподавателей татарских школ. После учительского съезда его задержали: чиновники увидели в этих связях между мусульманскими педагогами политическую агитацию. В следующем году Баруди выслали в Вологодскую губернию. Руководство медресе принял его брат Габдрахман, и ученики продолжили занятия. Галимджан позднее вернулся в Казань и снова занялся преподаванием и изданием учебных книг.

Сегодня в Галеевской мечети совершают намазы, а в соседних корпусах «Мухаммадии» готовят имамов и преподавателей. На медресе осталось имя Мухаммадзяна; за мечетью — фамилия семьи Галеевых, чей сын начал учить именно при этом приходе.