Пушечный двор

Крепостная стена замыкает этот двор между корпусами, в одном из которых видна старая кирпичная кладка. Здесь работали военные ремесленники: в печах плавили металл, в кузницах ковали детали, а склады держали оружейный запас. Под полом восточного корпуса сохранилась глубокая яма, куда опускали форму для отливки пушечного ствола; теперь её показывают в музее. Рядом с мастерскими жили мастера, а позднее корпуса заняли воспитанники военных школ.

В тысяча восемьсот двенадцатом году полковник артиллерии Зуев получил приказ устроить в Казанском кремле литейный арсенал. Ему предстояло в разгар войны наладить запасное производство: принимать повреждённые орудия, чинить их, отливать новые пушки, делать лафеты и зарядные ящики.

Казань выбрали из расчёта. По сибирским дорогам сюда доставляли металл, по Волге — тяжёлые грузы и лес, а в Кремле уже с конца семнадцатого века существовал артиллерийский двор с печами, кузницами и складами. Зуеву поручили перестроить старые мастерские и возвести новый корпус у крепостной стены. В тысяча восемьсот тринадцатом году он доложил, что работы завершены.

Мастера числились по военному ведомству и зарабатывали кузнечным, литейным, токарным, столярным и колёсным ремеслом. Здесь же находились их казармы и квартиры. Старые пушки и вышедшую из обращения медную монету отправляли в переплавку. Из полученного сплава литейщики делали новые стволы, а остальные мастерские снабжали их колёсами, креплениями и ящиками. За несколько лет отсюда вышли десятки орудий.

Третьего сентября тысяча восемьсот пятнадцатого года пожар начался в Ямской слободе и за несколько часов дошёл до Кремля. В артиллерийских помещениях взорвался запас пороха; погибли трое солдат. Из главных запасов люди успели вынести олово, краски, парусину и жесть, а также казну и бумаги. Недавно построенные мастерские и казармы выгорели, от кузницы осталась повреждённая каменная оболочка.

Новый командир арсенала, подполковник артиллерии князь Семён Баратаев, добивался возобновления литья. Он разместил мастерские, казармы и амбар в городских домах на тогдашней Ново-Горшечной улице, кузнецов распределил по уцелевшим кузницам, а спасённое имущество отправил в сараи на Арском поле. Девяносто шесть мастеров, подмастерьев и учеников продолжили службу, но пушечное производство покинуло этот кремлёвский двор. Обгоревшие корпуса позднее отдали военным кантонистам — солдатским детям, которых государство готовило к армейской службе, — а затем приспособили для юнкерского училища.

Прямой след прежней работы нашли только во время реставрации: под полом восточного корпуса открылась литейная яма глубиной около четырёх метров с кирпичной кладкой семнадцатого и восемнадцатого веков. В такую яму опускали вертикальную форму будущего ствола. Сейчас она находится внутри музея. Пушек Зуева здесь больше нет; название Пушечного двора осталось над корпусами, где их отливали, чинили и хранили.