Дом памяти М. И. Цветаевой

С две тысячи пятого года старый елабужский дом хранит музей-заповедник: расположение комнат и домашнюю обстановку здесь восстановили по воспоминаниям внука прежних хозяев. За дощатой перегородкой стоят железная кровать и кушетка, а в сенях сохранилась балка; рядом оставили вещи семьи, жившей здесь прежде. Литературная биография поэтессы собрана в соседнем музее, а эти комнаты держатся за память самого дома.

Двадцать первого августа тысяча девятьсот сорок первого года представитель елабужского горсовета, расселявший эвакуированных, привёл к этому дому группу москвичей. Дом принадлежал кузнецу Михаилу Бродельщикову и его жене Анастасии, которая зарабатывала тонким шитьём на заказ.

Среди прибывших была Марина Цветаева — поэт, которой требовались жильё и любой заработок для себя и шестнадцатилетнего сына Георгия. Муж и взрослая дочь находились под арестом; в эвакуацию Цветаева уехала только с сыном. Анастасия Бродельщикова позднее вспоминала, что новая жилица первой вошла в дом, села на диван и сказала, что останется здесь. Так этот адрес и попал в её биографию: квартиры распределили заранее, а дом Бродельщиковых оказался первым, куда группу привели. Улица тогда называлась Ворошилова; теперь ей вернули прежнее имя — Малая Покровская.

Хозяева отделили Цветаевой и Георгию часть передней комнаты деревянной перегородкой, которая не доходила до потолка. Сын спал на железной кровати, мать — на кушетке. Привезённые из Москвы шестьсот рублей быстро уходили, продать можно было лишь немногие вещи, постоянной работы не было. Цветаева соглашалась мыть посуду или преподавать французский.

Она съездила в Чистополь, где находились знакомые писатели, добилась разрешения переселиться и подала заявление в писательскую столовую на место посудомойки. Иногда эту историю пересказывают как унизительный отказ. Отказа не было: сама столовая откроется лишь в октябре. Цветаева вернулась к Бродельщиковым, намереваясь позднее перебраться в Чистополь.

Тридцать первого августа жители и эвакуированные ушли расчищать площадку для будущего аэродрома. Георгий отправился вместе со всеми, Анастасия Бродельщикова тоже ушла, а Михаил Бродельщиков повёл внука на рыбалку. Цветаева сказала, что больна, и осталась одна. Она оставила три записки и повесилась в сенях. Первой вернулась Анастасия: достала ключ из обычного места, открыла дверь и обнаружила жилицу.

Георгий остался без родителей. Ему пришлось самому обратиться в елабужский загс за разрешением похоронить мать; вскоре он уехал в Чистопольский интернат.

В две тысячи пятом году сотрудники Елабужского музея-заповедника открыли здесь Дом памяти. Внук хозяев Павел Волков помог восстановить расположение комнат и обстановку. Экспозиция посвящена последним дням Цветаевой; её литературная биография собрана в соседнем музее. В доме сохранились вещи Бродельщиковых, за дощатой перегородкой стоят железная кровать и кушетка, а в сенях осталась та самая балка.