Набережная нипалуны / Хобарта

Набережная нипалуны тянется вдоль защищённой бухты Деруэнта, где прогулочный берег соседствует с рабочими причалами. Рядом с яхтами и паромами здесь швартуются суда рыбаков и экспедиций в Антарктиду, а за портовыми складами проходит улица Хантера. До портовой застройки мувинина собирали на этом берегу моллюсков, ловили у ручьёв рыбу и птицу, встречались, торговали и проводили церемонии. Пресная вода ручья и солёная речная вода делали этот берег давно обжитым местом.

Когда в тысяча восемьсот четвёртом году британские суда вошли в эту бухту, Вурати, человек народа нунуни с острова Бруни, оказался свидетелем появления поселенцев. По его позднему рассказу, первый корабль аборигены приняли за злого духа. Они видели, как пришельцы рубят деревья, строят дома, вскапывают землю. Люди ушли в горы, сообщили другим, затем возвращались наблюдать. Кораблей становилось всё больше. Через двадцать семь лет Вурати, уже проводник и переводчик при правительственной экспедиции, назвал чиновнику землю вокруг Хобарта: «нибберлоонне», название всей этой земли. Он уточнил, что это название мувинина — народа, которому принадлежала местность между Деруэнтом и горой кунаньи. Из нескольких записей, сделанных англичанами на слух, создатели возрождённого языка палава-кани восстановили форму «нипалуна». Слово относится ко всей земле, на которой стоит город.

Мувинина пользовались здесь пресной водой ручья и солёной водой реки. Вдоль берега оставались раковинные кучи от собранных моллюсков; у ручьёв ловили рыбу и птицу. Речные берега служили местами встреч, торговли и церемоний. Эта бухта уже была занятым людьми пространством, когда к ней подошли корабли Дэвида Коллинза.

Коллинз был лейтенант-губернатором, которому поручили основать британскую исправительную колонию. Предыдущий лагерь его партии в Порт-Филлипе оказался неудачным, а стоянка на противоположном берегу Деруэнта страдала от нехватки воды. Здесь Коллинз нашёл постоянный ручей, глубокую защищённую бухту и маленький остров посреди неё. К острову можно было подвести лодки со снабжением, а отделённые водой склады было легче охранять.

Двадцатого февраля под военным караулом высадили первую группу заключённых: они поставили палатки для лагеря. На следующий день с судов начали перевозить остальных людей и запасы. Большинство прибывших составляли осуждённые, доставленные через океан и обязанные работать установленное число часов. Солонину, свинину, муку и сахар им выдавали по списку; не явившийся на перекличку оставался без недельного пайка.

Через несколько дней Коллинз распорядился строить причал и дорогу от острова к лагерю. Заключённые укрепляли песчаную косу, которую во время прилива покрывала вода. В последующие десятилетия строители засыпали мелководье, расширяли причалы и отвели ручей в новое русло. Остров вместе с косой постепенно оказался внутри суши. Для мувинина эти работы означали потерю берега, пресной воды и привычных путей к реке. Вторжение и последовавшая война уничтожили их как отдельную общину; тасманийские аборигены выжили, а записанное Вурати название вернулось в городскую речь.

Британское имя города связано с Робертом Хобартом, четвёртым графом Бэкингемширом и министром по делам войны и колоний. Поселение назвали Хобарт-Таун в его честь, позднее сократив название до Хобарта.

Сегодня здесь соседствуют открытая набережная и действующий порт: у причалов стоят рыболовные, круизные и антарктические суда, яхты и городские паромы. Бывший остров находится под зданиями Старого причала. Хантер-стрит носит его имя: Коллинз назвал остров в честь своего прежнего командира Джона Хантера. Под улицей и складами до сих пор лежат остатки острова, первой дороги к нему и насыпанного берега.