Северный берег Хоанкьема

Северный берег Хоанкьема раскрывается в площадь Донгкинь Нгиатхук. Здесь сходятся пять улиц, озёрная прогулочная зона встречается с торговыми кварталами, а во время городских праздников и пешеходных выходных площадь заполняют сценами и зрителями. Её длинное название принадлежало школе, которая проработала меньше года.

«Донгкинь» — одно из старых имён Ханоя. «Нгиатхук» называли школу, открытую ради общего дела и не бравшую платы. Весной тысяча девятьсот седьмого года такую школу устроили в начале Хангдао, в нескольких десятках шагов отсюда.

Её руководитель Лыонг Ван Кан сдал конфуцианский экзамен, но жил частными уроками и семейной торговлей тканями. Вместе с женой он отвёл под занятия дома номер четыре и номер десять. Внизу между полками лежали шёлк и другие ткани, которыми семья зарабатывала, наверху помещалось несколько сотен учеников. Лыонг Ван Кан поставил на кон сразу жильё, торговлю и своё положение уважаемого учёного.

Днём сюда приходили около пятидесяти мальчиков и девочек. По вечерам, с семи до девяти, собирались сотни взрослых. Возраст и пол значения не имели, платить за обучение не требовалось. Вместо подготовки к старым экзаменам преподаватели учили географии, естественным наукам, истории, хозяйству и куокнгы — современной вьетнамской письменности на основе латинского алфавита.

Сама куокнгы запретной не была: колониальная администрация тоже распространяла её, поскольку грамотными людьми было удобнее управлять. Проблемой стало содержание уроков. Учителя объясняли, как устроены другие страны, зачем нужны собственная промышленность и торговля, печатали доступные книги и устраивали открытые лекции. Быстро освоенная письменность позволяла читателям передавать эти тексты дальше без учёного посредника.

О том, как они расходились, известно из протокола допроса двадцативосьмилетнего торговца Нгуен Ить Ты. Каждое воскресенье он приезжал на Хангдао слушать лекции, брал книги у преподавателей, просил растолковать непонятное и отдавал листы переплётчику. В ноябре тысяча девятьсот седьмого года его и ещё троих человек арестовали за переписывание и распространение текстов, названных мятежными. Обычное купеческое занятие — взять рукопись, заказать копию, передать знакомому — превратило ученика вечерних курсов в обвиняемого.

В декабре резидент Северного Вьетнама разослал секретный циркуляр: за школой давно следили, её устроителей подозревали в подготовке выступления против французского управления. Школу закрыли. Лыонг Ван Кан и его товарищи попытались действовать через те же правила, по которым получили разрешение: подали прошение об открытии заново. В апреле тысяча девятьсот восьмого года им отказали, потому что некоторые положения учебной программы признали недопустимыми. Классы над лавками больше не возобновились.

В тысяча девятьсот сорок пятом году ханойский мэр Чан Ван Лай убрал прежнее название площади — имя французского генерала Негрие — и перенёс сюда название закрытой школы. Самих классов на площади никогда не было: их адреса остаются чуть дальше по Хангдао. На доме номер четыре сохранились три белые арки, а у северного берега озера — имя бесплатных занятий, проходивших над полками с тканями.