Алькасаба и Торре де ла Вела

На западной оконечности Алькасабы поднимается высокая башня, с террасы которой открываются город и равнина Вега. В тринадцатом веке Мухаммад Первый включил её в военную цитадель, где жили стражники, держали припасы, устроили баню, печь и водный резервуар. Дозорные следили отсюда за дорогами и полями, а внизу находилась темница. Первоначально башню называли Большой.

После завоевания Гранады Фердинанд Арагонский и Изабелла Кастильская приказали установить на этой башне колокол. Для него понадобился постоянный звонарь: сигналы полагалось подавать днём и ночью, а спускаться после каждого удара через всю крепость было невозможно. Военные губернаторы отвели звонарю с семьёй целый третий этаж башни.

Эту должность обычно поручали так называемым увечным кавалерам — военным, получившим на войне тяжёлые ранения. Они уже заплатили за службу собственным телом; теперь казённая квартира и место при колоколе позволяли им оставаться на военном содержании. Звонарь жил непосредственно под террасой и по приказу губернатора отбивал начало дня, ночной отбой, тревогу при пожаре или мятеже, траур по умершему монарху.

Но важнее всего для окрестностей был регулярный звон, по которому земледельцы Гранадской Веги сменяли друг друга у оросительных каналов. Воду там распределяли по очереди. Часы одного хозяина заканчивались — начинались часы следующего, и общий сигнал приходил с самой высокой башни Альгамбры. Её выбрали из-за положения: западный край Алькасабы открыт к городу и равнине, поэтому звон доходил туда, где по нему делили воду.

До колокола башня называлась Большой. В тринадцатом веке её велел построить Мухаммад Первый, основатель династии Насридов, когда перенёс свою резиденцию на холм Альгамбры. Алькасаба была военной цитаделью: внутри размещались жилища султанской стражи, склады, печь, баня и цистерна. С башни часовые следили за дорогами и полями; в нижнем помещении находилась темница. После тысяча четыреста девяносто второго года новые хозяева сохранили за цитаделью военное назначение, но к наблюдению глазами добавили колокольные сигналы. Колокол Вела дал башне её нынешнее имя — Торре-де-ла-Вела.

Последней обитательницей служебной квартиры была Энкарнасьон, прозванная Велерой, — вдова военного звонаря. После смерти мужа она продолжала жить на третьем этаже до середины двадцатого века. Когда управление Альгамброй передали от военных хранителям памятника, Энкарнасьон покинула башню, и квартира перестала быть жильём.

Колокол над ней тоже не тот, который установили после завоевания. Нынешний отлили в тысяча семьсот семьдесят третьем году, а в центр западной стороны террасы перенесли в тысяча восемьсот сороковом. Теперь его слышат лишь в особые дни. Под колоколом остались комнаты, где раненые военные жили за службу, а над ними висит тот самый прибор, по которому земледельцы внизу получали свою очередь воды.