Старая гавань и Арсенал

В сезон от Старой гавани уходят катера на Локрум. За тремя большими арками на набережной работают кафе и ресторан. Арки отмечают входы в бывший Большой арсенал — государственную верфь Дубровницкой республики. Здесь строили, ремонтировали и держали боевые галеры, прикрывавшие торговые суда города.

Первоначально секций было четыре. Корабли вытаскивали из воды прямо под своды. С тысяча четыреста шестьдесят шестого года морские проёмы после этого закладывали тонкой стеной: так внутри сохраняли нужную древесине влажность и лучше защищали галеры. Перед спуском корабля кладку разбирали. Поэтому фасад арсенала мог утром выглядеть сплошной стеной, хотя за ней стояли готовые к выходу суда.

После землетрясения тысяча шестьсот шестьдесят седьмого года повреждённая верфь утратила прежнее назначение. Под крышей складывали материалы для восстановления города. Денег на отдельное общественное здание не хватало, и две средние корабельные секции решили превратить в закрытый театр. До этого дубровницкие актёры играли во дворах, на площадях и между домами.

Пятого февраля тысяча шестьсот восемьдесят второго года дворянская любительская труппа «Недобитни» открывала здесь первый публичный театр Дубровника. Она выбрала трагикомедию «Вучистрах» корчульского дворянина и драматурга Петра Канавелича. Автор присутствовал в зале и хотел увидеть свою пьесу на постоянной сцене, а не на очередном временном помосте.

Перед премьерой для антунинок устроили отдельную ложу. Так называли женщин из семей антунинов — богатых горожан, объединённых в братство Святого Антония. Их мужья зарабатывали морской торговлей и занимали заметное положение, однако род не давал им мест в городских советах. Собственная ложа ставила их жён ближе к дворянкам и отделяла от остальных горожанок.

В день представления ложу разрушили. Один из свидетелей потом заявил, что это сделали участники труппы; другие говорили о молодых дворянах, возмущённых тем, что антунинки отгородились от прочих женщин. Патриций Серафин Бунич одобрил разгром: по его словам, каждый должен был знать своё место. Для купеческих семей спор шёл о признании положения, добытого торговлей; для дворянских сыновей — о привилегии, доставшейся им по рождению.

Секретарь республики Михо Аллегретти сообщил о происшествии Марою Кабожичу, одному из руководителей послеземлетрясного восстановления. Ложу поставили заново. На следующий день молодые дворяне ещё выкрикивали насмешки антунинкам у церкви Святого Власия, а двенадцатого февраля Малый совет начал расследование. Премьеру при этом не отменили, и женщины из купеческих семей получили обратно отведённое им место.

Опасения оказались серьёзнее театральных условностей. Через несколько лет сенаторы обсуждали полный запрет спектаклей в Орсане, но оставили сцену открытой. Зрителям и актёрам запретили приносить оружие и затевать скандалы. Нарушителю грозил год в морской тюрьме, а дворянину вдобавок — десятилетнее отстранение от должностей. Бывшие корабельные секции после этого ещё больше века служили главным театральным залом города.

Ложа антунинок и та сцена не сохранились. Три нынешние арки раскрыли при устройстве городского кафе в тысяча девятьсот тридцать первом году; часть кладки тогда обрушилась, и проёмы пришлось восстановить. Современный театр Марина Држича занимает позднейшее здание на месте четвёртой корабельной секции. Премьера «Вучистраха» и спор из-за ложи происходили в двух средних отсеках арсенала — там, где теперь стоят ресторанные столы.