Ват Си Супхан

В центре Ват Си Супхан стоит нынешний убосот, возведённый на основании прежнего храмового зала. В нём монахи проводят посвящения и общие обряды; ритуальные пределы оставили прежними, как и бронзовую статую Будды. Женщинам вход внутрь закрыт по обычаю Ланны, связанному с реликвиями под основанием. Металлические рельефы на стенах и кровле показывают буддийские сюжеты, прошлое храма и местную жизнь, а чистое серебро оставили лишь для навершия и ниши реликвий.

Дирек Ситтикан вырос в семье чеканщиков Вуа-Лай и хотел овладеть ремеслом, которым его родители зарабатывали на жизнь. С семнадцати лет он по утрам помогал семье с серебряными изделиями, а после обеда учился рисовать — будущий рельеф сначала нужно было построить на бумаге.

Семейное дело тогда понимали буквально. Опытные мастера показывали приёмы детям и племянникам, но от посторонних знания берегли. Дирек ходил к старшим чеканщикам, расспрашивал, наблюдал. С ним соглашались поговорить, однако инструмент в руки не брали: он не был родственником. Недостающие приёмы приходилось восстанавливать самостоятельно, соединяя то, что удалось подсмотреть, с навыками рисунка.

К началу двадцать первого века такая замкнутость стала опасной для самого ремесла. Серебро дорожало, другие занятия приносили больше, мастерские закрывались, а дети мастеров всё реже выбирали работу родителей. Дирек решил преподавать бесплатно и не спрашивать учеников о родстве. В две тысячи первом году он собрал при Ват Си Супхане группу, в которой сначала было чуть больше десяти человек.

В это время настоятель Пхра Кхру Пхитхак Суттхикхун искал решение для старого убосота. Убосот — освящённый зал, где монахи проводят общинные обряды, читают монашеский устав и совершают посвящения. Прежнее здание обветшало настолько, что пользоваться им стало опасно. Настоятель, монахи, храмовый комитет и прихожане решили возвести новый зал на старом основании, сохранив прежнюю освящённую границу.

Настоятель предложил Диреку покрыть новый убосот чеканными панелями. Для нескольких учеников это был бы непосильный заказ, и Дирек позвал мастеров, которые уже оставили ремесло. Большинство из них были пожилыми. Рядом с ними работали его ученики и молодые чеканщики: старшие снова взялись за инструменты, младшие получили работу, на которой недостаточно было изготовить одну чашу и разойтись.

Строительство началось в две тысячи четвёртом году. Около сорока мастеров Вуа-Лай работали двенадцать лет. Они покрыли стены и кровлю рельефами с буддийскими сюжетами, историей храма и сценами местной жизни. Чистое серебро использовали в защищённых и особо значимых деталях — например, в навершии и нише для реликвий; большие поверхности сделали из серебряных смесей, алюминия, олова и других металлов. Название «Серебряный храм» относится к работе чеканщиков и серебряному облику убосота, а не к слитку драгоценного металла величиной со здание.

За долгие годы заказа несколько семей, прежде отказавшихся от чеканки, вернулись к ней. Для одних она снова стала основным заработком, для других — дополнительным. Ученики Дирека начали сами передавать приёмы следующим новичкам.

Убосот закончили в две тысячи шестнадцатом году. Внутрь перенесли старую бронзовую статую Будды Пхра Чао Чет Тыа, стоявшую ещё в прежнем зале. Женщинам вход туда закрыт: храмовая община сохраняет обычай Ланны, связанный с освящённой границей и реликвиями, которые, по местному верованию, заложены под основанием. Поэтому серебряные стены окружают действующее обрядовое пространство, а не музейный зал.

Старого убосота больше нет. От него остались основание, освящённая граница и статуя Будды; поверх них лежат панели, которые вместе чеканили пожилые мастера, вернувшиеся к работе, и ученики человека, которому когда-то отказывались показывать чужой удар.