Мастерские Вуа Лай

Вуа Лай вырос как квартал домашних серебряных мастерских: в первой половине двадцатого века ремеслом здесь жила почти каждая семья. Над одной чашей могли работать несколько человек — один выковывал форму, другой наносил орнамент, третий придавал ему рельеф; особенно ценили широкие салунги для церемоний, которые берегли как знак семейного достатка. Рядом с чашами и украшениями лежат блестящие чеканные панели, а чеканы выдают работу, для которой рисунок создают ударами по металлу.

В две тысячи пятнадцатом году мастер Маноп Чайкэу выбивал здесь фигуру слона на алюминиевом листе размером метр на полтора. Лист укладывали на затвердевшую смолу: с изнанки мастер поднимал металл ударами, с лицевой стороны чеканами прорабатывал контуры и мелкие детали. На один такой рельеф уходило около двух недель. Предварительного рисунка у Манопа не было. Он говорил, что весь узор уже держит в голове.

Манопу тогда было семьдесят четыре года, и шестьдесят из них он занимался чеканкой. Его родители, дедушки и бабушки делали серебряную утварь в том же квартале. Родители отправляли сына учиться, но в четырнадцать лет он предпочитал оставаться возле семейной мастерской: наблюдал, как взрослые держат чекан и куда наносят удар, затем стал помогать. Отдельного курса или набора готовых шаблонов не было — рисунок запоминали вместе с последовательностью движений.

Так работала большая часть Вуа Лай. В первой половине двадцатого века мастерская находилась почти в каждом доме. Это было семейное производство, где разные операции могли выполнять разные люди: один выковывал форму сосуда, другой намечал орнамент, третий придавал рельефу объём. Самым узнаваемым изделием считался салунг — широкая серебряная чаша. Такие чаши, блюда и подносы использовали на церемониях и хранили как свидетельство достатка семьи.

К старости Манопа серебро подорожало, а заказы на тяжёлую утварь стали редкими. Мастер говорил, что работать удаётся, только когда приходит конкретный заказ, и что среди чеканщиков остаются главным образом люди его поколения. Сам он перенёс знакомые орнаменты на алюминий и другие металлы. Вместо чаши, которой пользовалась одна семья, заказчик мог получить большое настенное панно; рука мастера и порядок ударов оставались прежними.

Поэтому в мастерских Вуа Лай рядом с серебряными чашами и украшениями лежат чеканные панели из более дешёвого металла. Серебро дало кварталу ремесло и имя, но не каждое блестящее изделие перед мастерской сделано из серебра. Слон Манопа был алюминиевым — и всё равно потребовал двух недель его работы.