Дом Натаниэля Рассела

В тысяча восемьсот восьмом году Натаниэль Рассел перевёз сюда жену, двух дочерей и до восемнадцати порабощённых мужчин и женщин. Семья поселилась в трёхэтажном особняке, остальные обитатели усадьбы готовили еду, стирали, ухаживали за лошадьми, садом и рабочим двором. Рассел добивался, чтобы новый дом сразу показывал гостю состояние хозяина. Даже железный балкон получил его инициалы.

На жизнь Рассел зарабатывал торговлей и посредничеством. С начала тысяча семьсот семидесятых годов он организовывал в Чарлстоне продажу людей, доставленных из Западной Африки. В тысяча семьсот восемьдесят пятом году он распоряжался продажей пленников с двух судов. На бриге «Гамбия» путь начали сто восемнадцать человек, до Чарлстона дожили девяносто шесть. На бриге «Индастри» из ста пятидесяти выжили семьдесят. Прибывших Рассел продавал плантаторам. Доходы от этой торговли вошли в состояние, из которого он оплатил дом на Митинг-стрит.

Главным доказательством щедрых расходов стала лестница внутри. Она поднимается по эллипсу через все три этажа. Центральной стойки под ней нет, видимых опор снизу тоже: каждая консольная ступень поддерживает соседние. Нагрузка передаётся по всей непрерывной цепи, поэтому лестница кажется подвешенной в воздухе.

Кто именно рассчитал и собрал эту конструкцию, документы уверенно ответить не позволяют. Неизвестно даже имя архитектора дома. Известно другое: большинство людей, занятых на строительстве, были порабощёнными — от подсобных работников до опытных плотников и каменщиков. Приписать лестницу одному безымянному мастеру было бы догадкой. Её создала строительная артель, в которой значительную часть сложной работы выполняли люди, не распоряжавшиеся ни своим трудом, ни заработком.

После завершения стройки принуждение не закончилось. Порабощённые взрослые и дети жили в отдельном кирпичном флигеле за главным домом; внизу находились кухня и прачечная, наверху — жилые комнаты. Люди, державшие хозяйство в порядке, оставались почти невидимы для гостей, поднимавшихся по парадной лестнице. На этой усадьбе порабощённые работали при семье Расселов и следующих владельцах до тысяча восемьсот шестьдесят пятого года.

Натаниэль Рассел умер в тысяча восемьсот двадцатом году, а дом ещё несколько десятилетий принадлежал его потомкам. Теперь это музей. На балконе по-прежнему читаются инициалы Рассела, внутри сохранилась лестница, где каждая ступень держит следующую. Имени мастера рядом с ней нет.