Легэр: дом боком к улице

Узкий фасад скрывает частный жилой дом, чьи комнаты уходят в глубину участка по чарлстонской схеме сингл-хауса. Поперёк здесь помещается одна комната, а по длине этажа они стоят последовательно, по обе стороны лестничного холла. Боковая крытая пьяцца создаёт тень у южной стены и пропускает воздух к окнам, оставляя повседневную жизнь дальше от тротуара. Нарядный торец с резными оконными рамами, козырьками и фигурными кронштейнами обращён на улицу, а галерея уходит за уличную дверь.

В последний день тысяча семьсот семьдесят второго года шотландский мастер-строитель Джон Фуллертон купил здесь узкий участок, далеко уходивший от улицы. В документах он значится сразу архитектором, строителем и владельцем будущего дома. Землю и материалы оплачивал он сам, а жил своим ремеслом: вложение должно было превратиться в недвижимость, за которую другой человек согласится заплатить дороже.

Фуллертон поставил кипарисовый дом коротким торцом к тротуару, а жилые комнаты вытянул в глубину участка. Так устроен чарлстонский сингл-хаус. «Одинарной» была его ширина: поперёк помещалась одна комната, а на каждом этаже две комнаты стояли одна за другой, по сторонам лестничного холла.

Дверь с улицы открывала доступ на боковую крытую галерею — пьяццу. Настоящий вход в комнаты находился дальше, уже внутри участка. Южная пьяцца затеняла длинную стену и пропускала через окна движение воздуха. Популярный рассказ о налоге на ширину фасада документами не подтверждается. Такой план позволял использовать глубокую городскую землю и отодвигал домашнюю жизнь от тротуара.

На уличном торце Фуллертон оставил то, что должен был оценить покупатель: резные обрамления окон, выступающие козырьки и фигурные кронштейны. Он вкладывал деньги в дом, обращённый к улице самой узкой стороной, поэтому именно этот торец обязан был показывать качество его работы.

В тысяча семьсот семьдесят седьмом году Фуллертон продал владение значительно дороже, чем заплатил за незастроенный участок пятью годами ранее. Новый хозяин получил готовый городской дом, а мастер вернул вложенные средства вместе со стоимостью своего труда. Фуллертон здесь больше не жил, но за зданием закрепилось его имя.

Название улицы напоминает о другом владельце земли. Около тысяча девятисотого года её разрозненные участки объединили под именем Соломона Легэра — гугенота и мастера по золоту и серебру, владевшего недвижимостью возле перекрёстка Легэр и Трэдд. Дом под номером пятнадцать принадлежал уже следующему поколению застройщиков этой земли.

Сейчас это частное жильё. От сделки Фуллертона сохранились сам кипарисовый дом, узкий торец с нарядными окнами и пьяцца, уходящая за уличную дверь. Пять лет риска и работы по-прежнему записаны на табличке его именем.