Восточный некрополь

Пока усыпальницы стояли закрытыми, вокруг них продолжало работать целое хозяйство: одни пекли хлеб и варили пиво, другие пасли скот, плели циновки и плавили металл для поминальных даров. Над землёй для этих даров оставляли каменные часовни, а внизу лежали погребённые; служители снова и снова совершали нужные обряды. Среди невысоких прямоугольных гробниц сохранилась часовня с рядом из десяти женских фигур на северной стене. Грабители почти опустошили подземные камеры, зато рельефы на стенах пережили их и сохранили лица тех, для кого всё здесь было устроено.

К востоку от Великой пирамиды тянутся ряды мастаб. Слово «мастаба» по-арабски означает скамью: так назвали низкую прямоугольную надстройку над подземной могилой. Внутри находилась часовня для приношений, а тело опускали по шахте глубоко в скалу. Восточным этот некрополь называют по его положению относительно пирамиды Хуфу. При нём здесь отводили места главным образом ближайшим царским родственникам.

В одной из мастаб похоронили Мересанх Третью — внучку Хуфу и египетскую царицу. Она умерла раньше своей матери, Хетепхерес Второй. Та была дочерью Хуфу и уже строила здесь собственную мастабу. После смерти дочери Хетепхерес передала ей тяжёлый саркофаг из чёрного гранита. На камне сохранились имя и титулы матери, а рядом — её слова: «То, что я отдала своей дочери, царской супруге Мересанх».

Археологи полагают, что Хетепхерес уступила дочери и саму усыпальницу, хотя прямо об этом надпись не говорит. Косвенное подтверждение вырезано на косяках входа. Одна строка отмечает смерть Мересанх, другая — день погребения. Между ними прошло двести семьдесят два дня, девять месяцев и два дня. Для бальзамирования такой срок был слишком велик; вероятно, мастабу и подземные помещения спешно приспосабливали для другой хозяйки.

Одного саркофага было мало. После похорон Мересанх требовались пища, одежда и прислуга — уже для её загробного существования. На стенах перечислены принадлежавшие ей поместья и показано, что они должны поставлять: здесь пекут хлеб, варят пиво, пасут скот, плетут циновки, плавят металл и несут дары. В часовню приходили жрецы, обслуживавшие погребальный культ, пока тело лежало в камере под ними. Так родственная близость к Хуфу превращалась в вполне материальное право на землю, саркофаг, мастабу и постоянное содержание после смерти.

Позднее грабители подняли крышку гранитного саркофага, унесли почти всё ценное и оставили кости Мересанх разрозненной грудой. Часовня сохранилась лучше погребения. На её северной стене из скалы выступают десять женских фигур: их считают изображениями Мересанх, её матери и дочерей. Хетепхерес появляется рядом с дочерью и на рельефах — в той самой гробнице, которую готовила для себя. Где в конце концов похоронили её саму, точно не установлено.