Ляби-Хауз

Каменная чаша Ляби-Хауза, обложенная известняковыми ступенями, когда-то держала городской запас воды. Для тесно застроенной старой Бухары такая свободная площадь была редкостью; на противоположном берегу стоит ханака. В сезон арыки пополняли этот запас, воду здесь отстаивали для питья и хозяйства, а берег собирал водоносов, торговцев и посетителей чайхан. Позднее водопровод вытеснил старую систему, почти все хаузы засыпали, а эта чаша осталась одной из трёх в городе.

В начале семнадцатого века Нодир Диван-беги, визирь при бухарском хане, задумал устроить здесь большой городской хауз — каменный резервуар для воды. Выбранный участок занимал дом еврейской вдовы. Имя женщины предание не сохранило; известно только, чего добивались оба участника спора. Визирю требовалась земля, хозяйка отказывалась продавать жильё.

По местной легенде, Нодир обратился к Имамкули-хану, правителю Бухары, надеясь, что тот принудит вдову к продаже. Хан созвал муфтиев — знатоков мусульманского права. Их решение оказалось в пользу хозяйки: пока она платила джизью, подушный налог с немусульман, дом нельзя было отнять без её согласия.

Тогда Нодир провёл питающий хауз арык вплотную к дому. Вода стала размывать фундамент. Когда вдова пришла требовать справедливости, визирь снова предложил деньги. Она согласилась уйти, но поставила своё условие: вместо платы община должна получить землю и разрешение построить синагогу. Нодир принял сделку. На месте дома вырыли хауз, а участок, отданный взамен, стал частью еврейского квартала.

Это именно предание, а не документально восстановленное судебное дело. В народной памяти у водоёма осталось второе имя — Хауз-и-Базур, «хауз, устроенный принуждением». Официальное название спокойнее: Ляби-Хауз по-персидски означает «у пруда». В соседних переулках до сих пор находится действующая синагога старого еврейского квартала, а от дома вдовы на площади не осталось ничего: землю, за которую она торговалась с визирем, заняла чаша хауза.

Вода определила и занятие этой площади. Бухарские арыки наполнялись лишь часть года, поэтому в хаузах запасали и отстаивали воду для питья и хозяйства. Вокруг резервуара образовалось редкое для тесно застроенного города открытое пространство. Рядом проходила главная торговая улица; к воде приходили водоносы, а свободный берег заняли торговцы и чайханы.

К началу двадцатого века стало понятно, чем приходилось расплачиваться за такую систему. В непроточных бухарских хаузах застаивалась вода, через неё распространялись инфекции и ришта — паразитический червь, которым в городе болела значительная часть жителей. В тысяча девятьсот двадцатые и тридцатые годы санитарные службы добились строительства водопровода, а городские власти осушили и засыпали почти все старые водоёмы.

Ляби-Хауз сохранили из-за каменной чаши и зданий шестнадцатого и семнадцатого веков, поставленных вокруг неё. Питьевую воду здесь больше не берут. Из ста четырнадцати бухарских хаузов, существовавших в тысяча девятьсот двадцать пятом году, уцелели три; один из них лежит перед вами, окружённый известняковыми ступенями, кафе и местами для отдыха.