Фанейл-холл

Два этажа служат разным городским делам: внизу по-прежнему торгуют, а наверху находится Большой зал для публичных собраний и церемоний. В южной части первых двух этажей сохранилась кирпичная кладка тысяча семьсот сорок второго года; она пережила пожар, после которого от прежнего строения осталась только оболочка. В начале девятнадцатого века дом заметно расширили, поэтому нынешний объём гораздо больше старого крытого рынка.

Фанейл-холл появился из продовольственного спора, который бостонцы однажды попытались закончить ломами. Фермеры тогда развозили мясо, яйца и овощи по улицам. Состоятельным покупателям доставляли продукты домой, а жители дальних кварталов искали торговцев по всему городу и получали то, что оставалось к концу их пути. Регулируемый рынок мог собрать продавцов в одном месте, зато мясники боялись прямой конкуренции с приезжими фермерами, а покупатели — роста цен.

В тысяча семьсот тридцать четвёртом году город открыл три рынка. Через два года они закрылись. Когда городской сход решил снова обсуждать их судьбу, противники рынка ночью разобрали деревянные павильоны. По сообщению современников, участники этой вылазки переоделись священнослужителями. Рынка больше не было, но спор они не уничтожили.

Через три года в него вмешался Питер Фанейл — один из богатейших бостонских купцов. Он жил на доходы от атлантической торговли: продавал рыбу и колониальные товары, вкладывал деньги в перевозку продукции плантаций и отправлял суда за порабощёнными африканцами. В одном из сохранившихся писем Фанейл поручил капитану купить для его дома порабощённого мальчика двенадцати — пятнадцати лет. Из этого же торгового состояния он предложил оплатить постоянный крытый рынок для Бостона.

Подарок сопровождался условиями: горожане должны были официально согласиться на регулируемую торговлю и навсегда сохранить за зданием рыночную функцию. За предложение Фанейла подали триста шестьдесят семь голосов, против — триста шестьдесят. Проигравшие заявили, что часть законных участников не допустили к голосованию, и потребовали пересмотра. Городские выборные отказали.

Чтобы примирить противников и получить помещение для разросшегося городского схода, над рынком устроили большой зал. В сентябре тысяча семьсот сорок второго года строитель передал городским выборным ключ от готового здания. Нижний этаж заняли торговые места, наверху стали обсуждать городские дела, а само здание назвали Фанейл-холлом — в благодарность человеку, который его оплатил. Питер Фанейл умер уже в марте следующего года. Прощальную речь о нём произнесли здесь же, в зале с его именем.

Рынок поначалу почти подтвердил опасения противников. Первый торговец снял место в декабре, следующего пришлось ждать почти год; затем нижний этаж несколько раз закрывался. Верхний зал, добавленный ради соглашения, оказался гораздо нужнее. После пожара тысяча семьсот шестьдесят первого года от первоначального здания осталась кирпичная оболочка. На открытии восстановленного зала Джеймс Отис посвятил его делу свободы. Вскоре здесь проходили собрания против Сахарного и Гербового законов, выступали Самуэль Адамс и другие противники парламентских налогов. За этими собраниями закрепилось прозвище «Колыбель свободы».

В начале девятнадцатого века архитектор Чарльз Булфинч значительно расширил здание, поэтому нынешний Фанейл-холл больше первоначального. Однако решение, выторгованное в том споре, сохранилось: внизу по-прежнему торгуют, над рынком остаётся Большой зал для публичных собраний и церемоний. А в южной части первых двух этажей лежит кирпич тысяча семьсот сорок второго года — тот самый, который пережил пожар вместе с именем Питера Фанейла.