Школа Абьела Смита

На фасаде стоит имя Абьела Смита. Он был белым бостонским купцом, а не педагогом и не основателем школы. Школу для своих детей чернокожие родители организовали сами ещё в тысяча семьсот девяносто восьмом году, когда получить место в обычных городских классах было почти невозможно. Смит помог деньгами, а после смерти в тысяча восемьсот пятнадцатом году оставил Бостону четыре тысячи долларов в трёхпроцентных ценных бумагах — на обучение чернокожих детей. Проценты шли на учебники, жалованье учителям и дрова. Часть капитала город позднее вложил в это здание.

Третьего марта тысяча восемьсот тридцать пятого года сюда перевели учеников из тесных помещений по соседству. Новые классы решили одну проблему и закрепили другую: чернокожих детей со всего Бостона направляли в отдельную школу. Вскоре родители снова жаловались на переполненность и состояние помещений. Теперь они требовали уже не лучшего здания для отдельной школы, а права выбирать общие городские школы.

С тысяча восемьсот сорок четвёртого года семьи начали забирать отсюда детей. Одни переводили их в частные классы или уезжали в соседние города, другие оставляли дома. Бойкот возглавил Уильям Купер Нелл — чернокожий типограф и сотрудник аболиционистской газеты, который ребёнком учился в той же отдельной школе, когда она ещё помещалась по соседству. Он добивался закрытия школы Смита именно как учреждения, куда учеников распределяли по цвету кожи.

С ним соглашались не все чернокожие бостонцы. Часть родителей хотела сохранить свою школу, но передать её хорошему чернокожему учителю. В тысяча восемьсот сорок девятом году школьные чиновники назначили руководителем старших классов Томаса Пола, чернокожего выпускника Дартмутского колледжа. Они рассчитывали поднять уровень занятий и вернуть учеников. Для сторонников бойкота сильный учитель делал отдельную школу устойчивее, а значит, мешал добиться её закрытия.

В первое утро Пола группа противников школы окружила вход и пыталась не пустить детей внутрь. Свидетельства расходятся: один автор писал об убеждении без физического насилия, школьный чиновник — о запугивании учеников. Известно, что полицейский разогнал собравшихся, возле здания ещё несколько дней держали патруль, а записались всего двадцать три ребёнка. Одобрял ли Нелл эту попытку перекрыть вход, неизвестно.

В последующие дни он потребовал от своих сторонников соблюдать порядок и начал собирать пожертвования на временную школу, чтобы дети бойкотчиков не оставались без уроков. К весне тысяча восемьсот пятидесятого года средняя посещаемость школы Смита упала до двадцати пяти учеников; до бойкота сюда ходили более ста. Даже после проигранного судебного дела семьи продолжали забирать детей, а Нелл перенёс борьбу в законодательное собрание штата.

В апреле тысяча восемьсот пятьдесят пятого года законодатели запретили при приёме в государственные школы различать детей по цвету кожи и вероисповеданию. Город закрыл школу Смита как отдельную школу для чернокожих, а позднее ненадолго открыл здесь общие начальные классы.

Теперь внутри размещены выставочные залы, образовательные программы, музейная касса и магазин Музея афроамериканской истории. На фасаде осталось имя купца, оплатившего открытие школы; классов, которые город отводил только чернокожим детям, в здании больше нет.