Святилище городского столба Бангкока

Высокий павильон на восточном берегу Чаупхраи хранит два деревянных городских столпа. Один увенчан резным бутоном лотоса, другой заканчивается ступенчатой башенкой; в первом кассия спрятана под сандалом, во втором тиковая сердцевина закрыта кассией. Столпы поставили в разные времена: когда старый обветшал, рядом с ним появился новый, а при юбилейном обновлении комплекса прежний сохранили здесь же. Этот участок выбрали прежде, чем в Раттанакосине появились дворец, храмы, стены и каналы.

По принятому здесь порядку посетитель сначала кладёт цветы перед статуями Будды, затем повязывает три цветные ленты на один из столбов-копий и покрывает его сусальным золотом. К настоящим городским столпам прикасаются иначе: им подносят гирлянды. В отдельном павильоне стоят пять позолоченных хранителей, которым поручено оберегать город от врагов и бедствий. Такая последовательность сохраняет смысл места: здесь поклоняются дню, когда Бангкоку назначили судьбу.

За пятнадцать лет до этого бирманские войска уничтожили Аюттхаю, прежнюю столицу Сиама. Король Таксин собрал распавшееся государство и устроил двор в Тхонбури, на западном берегу Чаупхраи. В тысяча семьсот восемьдесят втором году его сменил полководец Чао Пхрая Чакри — новый король Рама Первый, основатель новой династии. Ему требовалась столица, которую легче защищать и где можно разместить двор, войско и учреждения.

Рама Первый перенёс столицу на восточный берег. С запада эту территорию прикрывала излучина Чаупхраи, с востока лежала заболоченная равнина; позже люди выкопали каналы, превратившие городской центр в окружённый водой остров Раттанакосин. Но прежде дворца, храмов и крепостных стен следовало определить благоприятное место и время рождения города.

Придворные брахманы вычислили срок до минуты. Двадцать первого апреля тысяча семьсот восемьдесят второго года, в шесть часов пятьдесят четыре минуты утра, по приказу Рамы Первого здесь опустили в землю деревянный столп. Его сердцевину сделали из кассии, снаружи укрепили сандалом, а верх вырезали в форме бутона лотоса. Вместе со столпом заложили гороскоп новой столицы. Поэтому основание Бангкока отсчитывают от этой церемонии, хотя большая стройка продолжалась ещё несколько лет.

С самой установкой связано предание. Рассказывают, что в подготовленную яму заползли четыре маленькие змеи. Брахманы заметили их, когда назначенная минута уже наступила. Остановить церемонию означало пропустить рассчитанный срок; они продолжили и засыпали змей вместе с основанием столпа. Рама Первый созвал придворных учёных, брахманов, астрологов и буддийских иерархов. Те сочли случившееся дурным знаком, после чего король распорядился провести обряд, отводящий несчастье. Это именно предание, а не установленный археологами факт. Достоверно другое: работы не прекратились, и выбранная минута осталась официальным моментом рождения столицы.

Через семьдесят лет первый столп обветшал. Король Монгкут, Рама Четвёртый, вступивший на престол в тысяча восемьсот пятьдесят первом году, обнаружил ещё одну проблему: по придворным астрологическим расчётам его личный гороскоп не согласовывался с датой основания города. Он добивался того, чтобы новое царствование не начиналось под знаком такого расхождения.

Монгкут приказал изготовить другой столп — с тиковым сердечником и внешней оболочкой из кассии, — составить новый гороскоп столицы и заложить его внутрь. Пятого декабря тысяча восемьсот пятьдесят второго года столп установили, а для святилища возвели павильон с высоким башенным завершением. Первый столп не уничтожили. Во время обновления комплекса к двухсотлетию Бангкока, в тысяча девятьсот восемьдесят втором году, его поставили рядом со столпом Монгкута.

Два деревянных ствола в центральном павильоне принадлежат разным церемониям. Столп Рамы Первого выдаёт навершие-бутон; у столпа Рамы Четвёртого верх напоминает ступенчатую башенку. Двадцать первого апреля у них по-прежнему проводят ежегодный брахманский обряд основания города, а в обычный день гирлянды подносят обоим.