Те Комититанга и старый Главпочтамт

Площадь выложена больше чем ста тридцатью семью тысячами кусочков базальта. Тёмная линия ведёт от Куин-стрит к гавани, соединяясь с волнами и узором приветственной циновки из новозеландского льна. Намывная земля скрыла здесь устье ручья Ваи Хоротиу, который теперь течёт под улицей в коллекторе. За площадью сохранилось белое каменное здание с башенками, а его центральный зал сегодня пропускает пассажиров станции Вайтемата с билетными автоматами и турникетами.

В конце октября тысяча девятьсот восемнадцатого года четверть из трёхсот тридцати сотрудников почтово-телеграфного ведомства Окленда уже лежала с гриппом. В белом здании перед площадью находился Главпочтамт, а внутри — центральная телефонная станция. Телефонистки вручную соединяли абонентов и старались не дать городской связи остановиться.

Звонить разрешали лишь по срочным делам. На коммутаторе красными дисками были отмечены линии врачей, больниц и священников, чёрными — полиции и похоронных контор. Осенью часто требовались оба цвета: в Окленде и пригородах эпидемия унесла больше тысячи жизней. Некоторые больные звонили уже в бреду; операторам приходилось не только соединять их с нужным номером, но и разговаривать с теми, у кого рядом никого не осталось.

Здоровые телефонистки целый месяц работали по две смены. За дополнительный час им платили один шиллинг и возили на работу и домой на автомобиле — для служащей того времени редкая привилегия, полученная вместе с ежедневным риском заразиться. К концу ноября число заболевших среди сотрудников пошло на убыль. В тысяча девятьсот девятнадцатом году почтово-телеграфным служащим дали за эту работу дополнительную неделю отпуска, а тем, кто не покидал поста всю эпидемию, — ещё три дня.

Главпочтамт открыли всего шестью годами раньше. Почтовое ведомство выбрало намывной участок у самого конца Куин-стрит: рядом находились портовые причалы, железная дорога и конечная трамваев. Сюда приходили отправлять письма, получать пенсии, держать сбережения и пользоваться телефоном. Белый каменный фасад обозначал учреждение, через которое проходили деньги, сообщения и повседневные дела горожан.

Почта закрыла здание в тысяча девятьсот девяносто втором году. Через три года его купил городской совет, а в две тысячи третьем открыл внутри главный вход железнодорожной станции. Ручные коммутаторы, красные и чёрные диски исчезли. Сохранились фасад, башенки и центральный зал; теперь в нём стоят билетные автоматы и турникеты станции Вайтемата.

Название площади появилось в две тысячи двадцатом году. Его предложили представители Нгати Фатуа Оракей, одной из местных маорийских общин. «Те Комититанга» означает смешение или слияние. Здесь сходятся пассажиры поездов, автобусов и паромов, но имя указывает ещё на два потока воды. Под Куин-стрит проходит заключённый в коллектор ручей Ваи Хоротиу. До намыва берега он впадал здесь в гавань Вайтемата.

Маорийские мастерицы перенесли это слияние в мощение. Из более чем ста тридцати семи тысяч кусочков базальта они составили линию ручья с юга, волны гавани с севера и в середине — узор приветственной циновки из новозеландского льна. В обычный день площадь служит проходом между станцией, автобусными остановками и паромами; во время городских мероприятий здесь проводят концерты, фестивали и показы. У южного края базальтовая линия уходит к Куин-стрит, над руслом, которого на поверхности больше нет.