Эннеджма Эззахра

Во дворце сейчас работает Центр арабской и средиземноморской музыки. В комнатах рядом с музыкальными инструментами хранятся черновики шеститомного исследования, переписка его участников и бумаги с каирского музыкального съезда. При центре есть национальная фонотека, а в этих же залах проходят концерты.

Родольф д’Эрланже оказался на этом склоне из-за больных бронхов. В тысяча девятьсот девятом году он приехал в Тунис на лечение и купил здесь землю. Д’Эрланже был художником и младшим сыном богатой банковской семьи; жил он на семейное состояние. Эти деньги позволили ему больше десяти лет строить дом, приглашая мастеров из Туниса и Марокко. Свою резиденцию он назвал Эннеджма Эззахра — «Звезда Венеры».

С тысяча девятьсот четырнадцатого года сюда приходил Ахмед эль-Вафи, тунисский композитор и знаток малюфа — городской музыкальной традиции, которую исполнители передавали ученикам на слух. Эль-Вафи знакомил хозяина с музыкантами и помогал устраивать во дворце частные концерты. Д’Эрланже слышал, что разные шейхи исполняют одну мелодию по-разному, и считал, что с уходом старых наставников часть вариантов исчезнет. Он решил записать мелодии, лады и ритмы, пока их ещё исполняли люди, получившие репертуар непосредственно от прежних мастеров.

После смерти эль-Вафи д’Эрланже собрал здесь постоянную рабочую группу. Тунисский музыковед Мануби Снусси стал его секретарём: он переводил арабские трактаты, сверял термины и готовил рукопись к печати. В конце тысяча девятьсот тридцать первого года во дворце поселился Али ад-Дарвиш, сирийский флейтист и теоретик, которого направили из Египта для подготовки международного конгресса арабской музыки. За шесть месяцев ад-Дарвиш составил здесь доклады о ладах и ритмах. Д’Эрланже тем временем отобрал пять тунисских исполнителей и добивался звучания малюфа на старом составе: четырёхструнном уде, рабабе, парных барабанах и таре.

Весной тысяча девятьсот тридцать второго года эта пятёрка представляла Тунис на Каирском конгрессе. Сам д’Эрланже туда не приехал: болезнь уже не позволяла ему путешествовать, не прозвучала даже подготовленная им речь. Участники конгресса записали на пластинки сотни исполнений из разных частей арабского мира. Удист дворцового ансамбля Хемайс Тарнан через два года стал одним из основателей и преподавателей тунисского института «Рашидия», где малюф начали систематически разучивать по нотам.

Д’Эрланже умер через несколько месяцев после конгресса. Из задуманного шеститомного труда «Арабская музыка» он увидел напечатанным лишь первый том. Мануби Снусси продолжил работу хозяина: остальные пять томов выходили под его надзором вплоть до тысяча девятьсот пятьдесят девятого года.

Позднее тунисское государство выкупило дворец у наследников и разместило здесь Центр арабской и средиземноморской музыки. Теперь в комнатах хранят инструменты из собрания д’Эрланже, рукописи его шеститомника, письма команды и материалы Каирского конгресса; здесь же работает национальная фонотека и проходят концерты. В две тысячи двадцать третьем году ЮНЕСКО внесла музыкальный фонд барона в реестр «Память мира».