Холм Бирса

Вершину холма римские строители позднее срезали и засыпали, чтобы разбить здесь форум нового Карфагена. Ниже по юго-восточному склону сохранился квартал старого города: невысокие остатки домов и ровный рисунок улиц пролежали под римской насыпью. До этой переделки на скалистой высоте стояло святилище бога-целителя Эшмуна, к нему вела лестница из шестидесяти ступеней. Верхняя часть города была обнесена укреплениями, и сюда стекались жители, когда нижние кварталы уже горели.

Весной сто сорок шестого года до нашей эры карфагенский главнокомандующий Гасдрубал вышел с вершины Бирсы к римскому полководцу Сципиону Эмилиану. Сципион хотел закончить трёхлетнюю осаду; Гасдрубал теперь добивался одного — сохранить себе жизнь. Он принёс оливковую ветвь, и победитель велел ему сесть у своих ног. В храме Эшмуна наверху оставались жена Гасдрубала, двое их сыновей и около девятисот римских перебежчиков. Командующий спасался один: дезертирам Сципион пощады не обещал.

Война началась после решения, принятого далеко от этого холма. По договору с Римом карфагеняне не могли воевать без римского разрешения. Когда они выступили против нумидийского царя Массиниссы, захватывавшего их земли, римляне объявили договор нарушенным и высадили армию в Африке. Карфагеняне отдали заложников, корабли и оружие, надеясь остановить вторжение. Тогда римский консул потребовал, чтобы жители покинули Карфаген, поселились не ближе пятнадцати километров от моря и позволили разрушить город. Для людей, кормившихся морской торговлей, это означало потерю портов, мастерских, домов, храмов и семейных могил. Они отказались.

Последний штурм начался со стороны военной гавани. От городского форума к Бирсе поднимались три тесные улицы с домами высотой до шести этажей. Римские солдаты шли по крышам, перебрасывая между зданиями доски, а внизу пробивались сквозь завалы. Бои продолжались шесть дней и ночей. Бирса была укреплённой верхней частью Карфагена: сюда отступили жители, когда нижние кварталы уже горели.

На седьмой день из храма Эшмуна спустились просители с оливковыми ветвями. Эшмун был карфагенским богом-целителем; греки отождествляли его с Асклепием. Его святилище стояло на самой высокой и скалистой части цитадели, над лестницей в шестьдесят ступеней. По числу древнего историка Аппиана, через открытые ворота вышли пятьдесят тысяч мужчин и женщин. Им сохранили жизнь, затем продали в рабство.

Гасдрубал покинул храм тайно. Когда перебежчики увидели своего командира у ног Сципиона, они осыпали его проклятиями и подожгли святилище. Жена Гасдрубала осталась наверху. Её имя не сохранилось. Аппиан, писавший почти через три столетия после событий, вводит эту сцену словами «рассказывают», а вложенная им в её уста речь явно обработана как трагический монолог. Согласно его рассказу, женщина обвинила мужа в предательстве семьи и города, убила двоих сыновей, бросила их в огонь и вошла в пламя сама. Перебежчики погибли вместе с ней. Гасдрубал остался жив и оказался пленником человека, уничтожившего Карфаген.

От храма Эшмуна не осталось ни лестницы, ни стен, которые можно было бы уверенно ему приписать. Когда при императоре Августе римские строители возводили новый Карфаген, они срезали и выровняли вершину Бирсы, устроив здесь форум. Пунические дома, открытые ниже на юго-восточном склоне, относятся к последним десятилетиям погибшего города. Их низкие стены уцелели под землёй потому, что римская насыпь накрыла квартал при выравнивании холма.