Музей золотного шитья

К тому времени, когда старые торжокские вышивки начали собирать для музея, мода на расшитые сапоги, рукава и головные уборы уже прошла, и число профессиональных мастериц за несколько десятилетий сократилось примерно втрое. Собрание служило учебной мастерской: по старым образцам ученицы восстанавливали забытые орнаменты и способы укладки нити. В витринах лежат эти работы, а на пяльцах рядом с ними посетители повторяют шов.

В левом крыле длинного корпуса находится музей, а остальные помещения занимает фабрика «Торжокские золотошвеи». Здесь показывают изделия и документы, проводят мастер-классы, а по соседству мастерицы выполняют новые заказы. Золотная вышивка устроена необычно: металлическую нить не протягивают сквозь ткань. Её укладывают по рисунку на лицевой стороне и прихватывают почти незаметной шёлковой нитью. Так дорогой материал меньше ломается и не уходит на изнанку.

К концу девятнадцатого века это умение едва не осталось без работы. В шестидесятых годах в Торжке насчитывали около трёхсот профессиональных золотошвей, а к концу столетия — примерно втрое меньше. Мода на расшитые сапоги, рукава и головные уборы прошла. Купцы скупали работу мастериц дёшево, а новых заказов было мало. Для женщины, жившей своим шитьём, исчезновение промысла означало потерю заработка, а не только старинного узора.

Дмитрий Романов, член Новоторжской земской управы, добивался, чтобы мастерицы продавали изделия через уездное самоуправление и не отдавали посредникам часть платы. Двадцать первого февраля тысяча восемьсот девяносто четвёртого года он возглавил созданный при земстве кустарный отдел. Первым крупным заказчиком стало Морское министерство: золотошвеям поручили изготовить тридцать одну тысячу девятьсот двадцать знаков различия для нижних чинов флота. Золотой нити в этом заказе не было — знаки вышивали красными нитями. Зато десятки мастериц получили оплачиваемую работу, ради которой требовались их точность и привычка к счётному шву.

Романову было мало раздать один заказ. Он открыл учебную мастерскую, где девочек из крестьянских семей учили переносить рисунок на ткань, готовить настил и только потом браться за сложные швы. Работы торжокских мастериц получили золотые медали на выставках в Париже и Турине. В тысяча девятьсот одиннадцатом году Романов начал собирать старые образцы в музей: по ним ученицы могли восстанавливать забытые орнаменты и способы укладки нити.

После смерти Романова мастерская закрылась, а созданное им дело снова оказалось под угрозой. В тысяча девятьсот двадцать третьем году в Торжке возобновили обучение, выпускницы составили золотошвейную артель, позднее преобразованную в фабрику. Нынешнее предприятие ведёт свою историю от романовского кустарного отдела.

За музейной дверью старые вышивки лежат в витринах, но устройство места осталось учебным: рядом с экспонатами стоят пяльцы, на которых посетителям дают повторить шов. Романов собирал образцы, чтобы мастерица могла продолжить чужую работу; здесь этот переход от музейной вещи к новой вышивке происходит в пределах одного фабричного корпуса.